Попробуем, положа руку на сердце, вспомнить, была ли за последние полтора десятилетия еще хоть одна возможность у россиян испытать такую общую радость и такое чувство национальной гордости, как после победы ЦСКА в Кубке УЕФА? Не припоминается.
Но, к сожалению, многим памятна и другая картина, связанная с бесславным выступлением сборной России на последнем чемпионате Европы. Люди были унижены, а их национальное достоинство покороблено — только так можно было охарактеризовать состояние, в котором покидали российские болельщики лиссабонский стадион «Да Луж» после второго подряд поражения нашей команды.
Понятно, что позитивное воздействие футбола на национальное сознание людей возможно только в том случае, если мы будем побеждать. У нас уже сейчас есть все основания полагать, что наше национальное первенство по своему качеству не намного уступает, к примеру, французскому или португальскому, и уж точно не хуже голландского, бельгийского, шотландского и некоторых других чемпионатов. Нужны победы на международной арене. Не мыслящий свою жизнь без побед Валерий Газзаев любит повторять слова нашего выдающегося борца Александра Карелина: «Национальная идея — это умение побеждать».
В период участия нашей сборной в отборочном турнире чемпионата мира 2006 года, а клубных команд — в европейских кубках со страниц газет все чаще стали раздаваться призывы не давать резких оценок футболистам в случае их неудачных выступлений: мол, футбол — это всего лишь игра, а поражение в игре нельзя приравнивать к национальному позору. Безусловно, журналистам давно пора проявлять в подобных случаях сдержанность и корректность. Но как быть с миллионами болельщиков, которые в результате провальных игр своей команды чувствуют ущемленными свои патриотические чувства? Главный вопрос все же, наверное, не в том, может ли команда проиграть, а в том, как она проигрывает. Когда ЦСКА потерпел поражение в игре за Суперкубок УЕФА, в адрес армейцев все равно высказывались слова благодарности, потому что они достойно проиграли достойному сопернику, тем самым подтвердив свой авторитет и поддержав пошатнувшийся престиж всего российского футбола.
Известно, что любая, даже самая высокая идея может трансформироваться в свою полную противоположность. Жизнь полна примерами того, как мужество и решительность переходят грань, за которой начинается жестокость, или патриотизм неожиданно оказывается по одну сторону с оголтелым национализмом. В футболе, как социальном явлении с ярко выраженной эмоциональной окраской, подобные грани часто и вовсе теряют свои очертания. Даже самые благие намерения здесь могут привести к весьма мрачным последствиям. Свидетельство тому — превращение массового просмотра телевизионной трансляции с чемпионата мира 2002 года, устроенного на Манежной площади столицы, в демонстрацию злобы и вседозволенности, сопровождавшуюся дикими погромами.
Подобные явления, только в более «локальных» масштабах, стали обычными на многих футбольных матчах. Попытки объяснить это тем, что на стадионы ходят не только болельщики, но и хулиганы, выглядят наивными. Футбольное хулиганство не приходит извне, его порождает сам футбол, который при определенных обстоятельствах способен питать негативную социальную среду. Как явление, несущее в себе важнейшие признаки массовой культуры, он может служить и средством массового оболванивания, и, что еще хуже, орудием манипуляции массовым сознанием.
Хамство, беспредельная распущенность, взаимная неприязнь, часто перетекающая в ненависть, господствуют в среде современных фанатов, которые своими регулярными дикими выходками отравляют атмосферу на стадионах и откровенно дискредитируют наш футбол на международной арене. «Все, чем может похвастать сегодня наш футбол, — это поколение отмороженных, невменяемых фанатов, от которых потихоньку начинает шарахаться вся Европа», — писал обозреватель газеты «Спорт-экспресс» на следующий день после матча Словакия — Россия, похоронившего последние шансы нашей сборной на выход в финальную часть чемпионата мира по футболу 2006 года.