Действительно, Валерий Георгиевич после своей отставки признавал, что совмещение этих должностей было ошибочным решением. Однако не составляло большого секрета и то, что Семин к концу своей работы со сборной пришел к противоположной точке зрения. Почему же разошлись взгляды двух наших ведущих специалистов?
Все дело в личностях. Газзаев — не для совмещения, хотя, казалось бы, все у него для этого было. Обладая огромной работоспособностью, умением в череде многообразных задач выделить главные звенья, наконец, имея высококвалифицированных помощников, он, безусловно, мог грамотно и с наибольшей эффективностью скоординировать свои действия сразу на двух фронтах. Но он не был способен рационально распределить свой эмоциональный запас, свою душевную энергию — не мог поделить себя, потому что каждой команде он отдавал себя полностью, без остатка. Иначе свою жизнь и работу он не представлял, как не представляет ее и сейчас. Вряд ли Валерий Георгиевич осознавал тогда это возникшее где-то в глубине души раздвоение, внутреннее противоречие, которое, конечно, сказывалось и на сборной команде, и на ЦСКА.
Как бы то ни было, на теме совмещения тренерских должностей в сборной и клубе была поставлена точка, и с тех пор она перешла в разряд не подлежащих обсуждению.
Но как знать, прояви РФС гибкость в принятии важнейшего управленческого решения осенью 2005 года, — может, не потеряла бы наша национальная команда своего тренера в лице Юрия Семина. И не остались бы мы на неопределенное время и без тренера, и без самой сборной. Без реальных перспектив на ближайшее будущее. Без иллюзий.
Впрочем, одну иллюзию мы еще не изжили: слишком сильны в среде нашей спортивной общественности надежды на чудодейственную помощь какого-нибудь иностранного специалиста, на то, что заграница нам поможет. Кто бы мог подумать, что придет время и из крылатой литературной фразы исчезнут ирония и сарказм и она обретет характер сакрального заклинания. Причем, чтобы убедить всех в спасительности именно такого пути — найти тренера для сборной за рубежом, — особых аргументов не требуется, достаточно лишь почаще повторять магические слова о превосходстве иностранных специалистов перед доморощенными. При этом следует обязательно подчеркивать, что национальная принадлежность тренера значения не имеет, важен один критерий — профессионализм. Правда, один из бывших руководителей РФС — Вячеслав Чазов неожиданно заявил, что национальный менталитет будущего руководителя российской сборной тоже надо учитывать и лучше всего для нас, если менталитет этот будет немецким. Почему, не объясняет. Надо полагать, что он ближе всего российскому менталитету.
Еще сравнительно недавно сторонники приглашения зарубежного специалиста ссылались на якобы позитивный опыт работы иностранцев в наших клубных командах. В качестве вполне благополучного примера приводилась работа Властимила Петржелы в санкт-петербургском «Зените»: «Не умеете, господа президенты и тренеры, думать и анализировать сами, — наставляла в 2003 году „бездарных“ российских специалистов одна из российских спортивных газет, — так хоть Петржелу слушайте, что ли». Как мы помним, едва ли не с восторгом было воспринято назначение на должность тренера ЦСКА Артура Жорже, а затем с умилением комментировалась так называемая «комбинационная игра» армейцев под его руководством — до поры до времени. А ведь если верить словам самого Жорже, летом 2003 года его приглашали на пост главного тренера сборной команды России! Помним мы и Невио Скала в московском «Спартаке». Был в московском «Динамо» Иво Вортманн, а до него — Ярослав Гржебик. А ведь все они — неплохие специалисты, занимающие видные места в международной табели о рангах.
Трудно сказать, было ли у них время ознакомиться в той или иной степени с нашей культурой, с российским менталитетом, своеобразность которого почти полтора столетия назад выразил в своих бессмертных стихах Федор Тютчев, предупреждавший, что и умом Россию не понять, и аршином общим не измерить. Впрочем, если к работе со сборной будет привлечен немецкий специалист, то над этой нашей национальной особенностью он сможет задуматься заранее, так как в последние годы сборники стихотворений Тютчева в переводах Зигфрида фон Ностица и Людольфа Мюллера не раз издавались в Германии. Кстати, немецкий профессор-славист Людольф Мюллер, включив в подзаголовок одной из своих книг стихотворение «Умом Россию не понять…», писал: «Я хотел сказать… что для того, чтобы правильно понять Россию, ее еще надо любить…»