— Превосходно! — язвительно ответила я.
— Вот как? — почему-то факт моей образованности крайне порадовал лорда Арнела. — Скажите, мисс Ваерти, а вам известно какая метаморфоза происходит с женской грудью, когда женщина испытывает… возбуждение?
Сбитая с толку его вопросом, я с явным недоумением воззрилась на дракона. Он понимающе улыбнулся, после чего прикоснулся к моей руке, мягко сдвигая ее ниже, недопустимо коснулся сосредоточия моей груди, и ошарашил невероятной информацией:
— Когда женщина испытывает возбуждение, ее грудь реагирует весьма характерным образом…
И он коснулся большим пальцем… навершия моей правой груди, сообщив весьма интимным и хриплым голосом:
— Невероятное удовольствие для мужчины, ощущать покалывание этих крохотных… — далее видимо это самое удовольствие затуманило сознание лорда Арнела, потому как подобрать нужного эпитета дракон не смог.
Зато мои нервы на этом сдали.
— Одно мгновение! — прошипела я.
После чего решительно обошла дракона, пересекла крохотный периметр дома, распахнула дверь и… была вынуждена сказать:
— Доброго вечера, лорд Давернетти.
Остолбеневший старший следователь не сумел выдавить из себя и слова.
— Вы не посторонитесь? — попросила я, кое-как прикрыв то, что стало объектом повышенного интереса и полицейского.
Дракон молча посторонился.
— Благодарю вас! — заявила я, таким тоном, словно на мне не то что бюстье, а двести платьев сразу и стыдиться мне абсолютно нечего.
После чего, зачерпнув снега, из сугроба прямо у двери, я вежливо произнесла:
— Всего доброго! — и захлопнула дверь.
И с торжеством ученого, вот-вот готового щелкнуть по носу своего оппонента, я вернулась к градоправителю Вестернадана с комком снега в руках, и пользуясь тем, что мне не нужно было устранять даже такую преграду как кружево, приложила к сосредоточию его левой груди снег. Эффект не заставил себя ждать.
— А как вам такое характерное реагирование, лорд Арнел? — поинтересовалась с вызовом.
Несколько долгих секунд дракон пристально смотрел на меня, затем хрипло произнес:
— Сделка?
Убрав снег от его соска, я выбросила подтаявший комок в камин, сложила руки на собственной груди, прикрывая все, что только можно было прикрыть в подобной позе, и спросила прямо:
— Вы это подстроили?
Арнел глубоко и тяжело вздохнул.
— О, не стоит демонстрировать мне вашу титаническую попытку сдержаться, — да я язвила и не видела в этом ничего предосудительного, учитывая, сколько всего предосудительного тут только что произошло, — но согласитесь, все это выглядит как минимум… странно.
— Скорее спонтанно, — не согласился дракон. — Видите ли, мисс Ваерти, если бы я все это подстроил, за дверью сейчас не было бы Кристиана. За дверью сейчас вообще никого бы не было, на много миль вокруг…
— Что ж, — я была вынуждена признать, что не права, или же не совсем права, — приятно осознавать, что это не очередной подлый ход истинно в драконьем стиле.
В двери нетерпеливо постучали.
Арнел, глянув на меня так, словно желал пригвоздить к полу хотя бы на несколько минут, прошел к двери, распахнул ее, закрыв меня от взора следователя Давернетти своим могучим телом, и произнес:
— Мы появимся в бункере через несколько минут, Криссстиан.
Сказано было так, словно "Криссстиан" был послан. Куда-то далеко и основательно. И сказано было таким тоном, что любой бы на месте старшего следователя последовал бы отсюда на максимально возможной скорости. Любой, но не Давернетти.
— Адриан, — задумчиво произнес он, — а что с твоим соском? Левым?
— Эксперимент. Научный. — Прошипел лорд Арнел.
— Да? — невозмутимо отозвался старший следователь. — И на какую же тему было столь любопытное эмпирическое исследование?
Повисла пауза, в течение которой я была на сто процентов уверена — Арнел с трудом сдерживался, а на лице лорда Давернетти расплывалась весьма издевательская ухмылочка.
— На тему реагирования на холод некоторых частей тела, — громко ответила я, прекращая начавшееся противостояние драконов.
— И как… все прошло? — повысив голос и определенно обращаясь ко мне, с нескрываемым любопытством вопросил полицейский.
— Исследование выявило идентичную реакцию на холод как человеческого, так и драконьего тела.
Однако тут от двери потянуло холодом, я поежилась, в отличие от Арнела, которому холод был нипочем, и мне пришлось добавить:
— Но, похоже, я вынуждена признать, что идентичная реакция проявляется лишь на кратковременный срок, что касается долговременных перспектив… Да закройте уже двери, я продрогла насквозь!
Дверь была захлопнута в тот же миг.
Затем ярче полыхнул огонь в камине и лорд Арнел вернулся ко мне, прихватив по пути плед. Мои плечи были заботливо укутаны, после чего, игнорируя правила хорошего тона и требования норм морали, дракон подхватил меня на руки, сел со мной в кресло у камина, где устроив меня на своих коленях, обнял и спросил:
— Похоже на тихое семейное счастье?
Я посмотрела на лорда Арнела, на камин, на огонь, и уже собиралась было ответить, как за дверью раздалось:
— Я, между прочим, тоже замерз.
Дракон тихо выругался.
При всей моей благовоспитанности, я не удержалась от саркастичного:
— Нет, вы знаете, вынуждена признать, я как-то иначе представляла себе "тихое" семейное счастье. Как минимум без криков под дверью.
— "За дверью!" — у старшего следователя был отменный слух.
— "Под дверью" мне кажется, куда лучше отражает ситуацию, — у лорда Арнела было отменное чувство юмора.
— А знаете что, слетаю-ка я за миссис Макстон, — объявил лорд Давернетти.
В ту же секунду я вскочила с колен лорда Арнела.
— О, подействовало! — торжествующе возвестил старший следователь. И тут же уже серьезно добавил:- Мисс Ваерти, у Адриана существенно возросли способности в ментальной магии. Я не замечал в вас ранее склонности играть в снежки, особенно перед долгим и ответственным заданием, каковым является трансформация вверенных вам драконов. Делайте выводы. Адриан, жду в бункере.
Когда он ушел, а он действительно ушел, я, все так же кутаясь в плед, мрачно взирала на лорда Арнела. Дракон ответил мне усталым и опустошенным взглядом.
— Кристиан знает вас куда хуже меня, — произнес он, нехотя поднимаясь с кресла. — В меня вы гораздо чаще швырялись различными предметами.
Невольно я улыбнулась.
Дракон мягко приблизился, прикоснулся к моему лицу, и глядя в глаза тихо произнес:
— Я все никак не мог понять, почему, имея все ресурсы, растущее желание обладать вами, и абсолютно четкое понимание, что не могу и не желаю жить без вас, я ни разу не попытался использовать силу, чтобы овладеть вами. Любую силу — от физической до ментальной или магической. Ответ на вопрос, который сотни раз задавал себе, я осознал лишь сегодня — никакое обладание вами, Анабель, не сравнится с вашим робким ответом на мой поцелуй.
Тихо потрескивали дрова в камине, где-то далеко завывала метель, полуобнаженный дракон стоял передо мной, фактически раскрыв мне свою душу, я куталась в плед и пыталась сдержать… слезы.
— Меня в гораздо большей степени устраивает поддержание негласной войны между нами, — выговорила, наконец.
— Я знаю, — его взгляд, понимающий и мудрый, почему-то причинял боль. — Вам так комфортнее — верить в то, что вы сдержанная, благовоспитанная, порядочная и правильная мисс. Но это не так. И в глубине души вы это знаете, и всегда знали. Иначе в вашей жизни не было бы Барти Уотторна, поступления в университет и соглашения с профессором Стентоном. Осознайте это, и прекратите цепляться за идеалы, которые лишь унылое затертое стекло, в сравнении с блеском вашей истинной сущности. Я высушу вашу рубашку. Вы можете пока сесть.
И он отошел, оставляя меня греться у камина.