Итак… если она не может победить слова… что же еще она сможет победить?
Бетти смотрела на своего возлюбленного и наполнялась смелостью, которой не знала за собой. Посмеет ли она бороться за него? Сможет ли?
Она может лишь попытаться.
— Итак, ты сказал, что держишь эмоции под контролем, Келл? — снова чуть слышно проговорила она. — Что не чувствуешь того, что чувствую я, — хотя бы немного? Что в твоем сердце ничего нет, когда ты обнимаешь меня… когда целуешь меня? — Она покачала головой. — Прости, Келл, но позволь тебе не поверить. Я не могу…
И, еще не закончив слова — не дожидаясь, пока здравый смысл прикажет остановиться, — Бетти поднялась на цыпочки и крепко прижалась губами к губам Келла.
Как могла она решиться на такое? Бетти знала лишь, что сделала это, несмотря ни на какие последствия. Бетти почувствовала, как все крупное тело Келла содрогнулось при ее прикосновении. Эта непроизвольная реакция на поцелуй Бетти могла быть и спазмом отвращения.
Но нет. Не спазм отвращения. Нет. Руки Келла все еще держали Бетти за талию, и хотя тело вздрогнуло, губы ответили на ее поцелуй.
И сердце Бетти заставило ее продлить поцелуй. В нем вся надежда. Он — спасательный круг, брошенный тонущему человеку. Ее отчаянный поцелуй — та ниточка, которая связывает ее с миром ее желаний.
Пожалуйста… пожалуйста…
И затем, словно не подчиняясь хозяину, словно решая за него, руки Келла до боли сжали ее.
И, наконец, откликнулся сам Келл.
В первый короткий момент поцелуй принадлежал только Бетти — только Бетти подхлестывала страсть, — но внезапно она стала не одна. Каким-то образом она задела глубоко спрятанную струну — вызвала реакцию, оказавшуюся сильнее мужчины, которого она целовала, сильнее Бетти, сильнее их, вместе взятых.
И Бетти потянулась вверх, когда губы Келла начали искать ее губы. Он нетерпеливо завладел ее губами — принимая сладкую жертву, требуя все тело Бетти, пылая желанием, которое старше, чем само время.
Мужчина и женщина. Соединение двух сердец в одно. Слияние двух тел…
Огонек надежды вспыхнул в сердце Бетти и охватил ее всю. Перерос в пламя. В испепеляющий жар. Руки Бетти вцепились в Келла — требуя большего, заявляя свои права на него. Это ее право. Что бы ни говорил голос Келла, мужчина в ее руках — ее мужчина. Этот мужчина хочет ее. Она нужна ему, и каждая клетка его тела выкрикивает ту правду, которую подсказывало ее сердце.
И тело Бетти отвечало. Она чувствовала взрыв радости, когда поцелуй Келла потребовал ее всю, когда его руки сжали ее в объятиях — ближе, ближе, — когда ее грудь прижалась к его мускулистой груди.
Потом руки Келла пришли в движение, оказались под тонкой тканью ее майки — нашли ее мягкую грудь и затвердевшие соски. Тело Бетти отвечало каждой клеточкой на ласки этого мужчины, и ее набухшие груди заявляли о желании. Она позволила своим рукам упасть вниз и скользнуть под рубашку Келла. Ощущение его кожи заставило ее затрепетать. Его запах… его тепло…
Как может он уехать от нее — этот мужчина, вторая половина ее; как он может?
Рука Бетти легла на пуговицу джинсов Келла и на какие-то секунды замерла, прежде чем расстегнуть, потом ее пальцы скользнули вниз, вниз — пока не нашли то, что искали.
И все тело Келла замерло от потрясения.
Она не позволит ему сбежать. Не позволит. Пальцы Бетти дразнили, ласкали, возбуждали желание. И в благодарность она ощутила его истинную реакцию. Его тело не могло лгать — пусть его голос заявляет, что он непоколебим.
— Келл… — пылко прошептала Бетти. — Келл… люби меня. Пожалуйста, Келл… Она потянула к себе его голову, прижалась к нему всем телом. — Келл, я хочу тебя. — Голос Бетти упал до шепота. — Келл, я хочу тебя больше, чем все, о чем мечтала в жизни. Сейчас…
— Бетти, ты не знаешь, что делаешь… — Каким-то образом он оторвал от нее губы, чтобы ответить ей. Это был протест, но в словах Келла была и ответная страсть. Его голос сломался, выдавая его безумное желание.
— Знаю. — В голосе Бетти внезапно появилась уверенность. — Я знаю, что делаю, Келл, я знаю, что ты не хочешь жениться на мне. Я знаю, что ты не хочешь видеть меня постоянно. Я знаю, что завтра ты покинешь меня, и я не попрошу остаться. Но сегодня… сейчас позволь мне любить тебя, Келл, позволь любить так, как я хочу. И люби меня, хотя бы одну ночь.
— Бетти…
— Келл, тебе нечего беспокоиться о беременности, — нежно проговорила Бетти, ласково проводя пальцем по его жестким, выбеленным солнцем волосам. — Я защищена. Я предусмотрела… Я не доверяла Лайлу и, раз мы собирались пожениться, постаралась…