ные сны. Закрывай глазки.- он закрывает глаза а я беру обратно в руку осколок и начинаю петь- 3асыпай,на руках у меня засыпай. Я минуту колеблюсь, сжимая осколок, он протыкает мою руку, и я чувствую, как с нее медленно вытекает кровь, и я подношу орудие к его горлу. -Засыпай под пенье дождя...Далеко, там, где неба кончается край, Ты найдешь потерянный рай.- я ласково пою и прижимаю осколок к его горлу, выходит кровь я пытаюсь втиснуть его глубже он начинает извиваться и хватает меня за руку. -Во сне хитрый демон может пройти сквозь стены, дыханье у спящих. Он умеет похищать. Я провожу вдоль его горла, режется плохо на мое лицо брызгает кровь, чувствую как его хватка слабеет и он шепчет: -Не надо. Другой рукой я глажу его волосы и смотрю, как из его рта потеками льется кровь, я продолжаю петь, обращаясь к нему выделяя каждое слово -Бояться не надо. - он перестает сопротивляться его тело бьется в предсмертных конвульсиях и застывает, я улыбаюсь- Моя душа будет рядом. Твои сновиденья до рассвета охранять. Я небрежно откидываю его тушу от себя, подхватываю на руки кота и бегу к выходу, я открываю дверь и вдруг мое, тело плюхается в воду, как будто кто-то подбежал ко мне с полной ванной воды. Оно дергает меня за шиворот, и я чувствую его слизистые руки, я оборачиваюсь это Каприна. Удар я падаю на пол из кровати, просыпаясь в холодном поту, я настороженно оглядываюсь. Затем смотрю на свои руки, на них нету крови и слизи, откашливаюсь, наверное, во сне я кричала и охрипла. Минуту спустя я вспоминаю что я в той же комнате. Живот предательски урчит, я не ела уже 4 дня. Стас не приходит ко мне, не носит еду, не включает электричество и отопление. Желание убить его является совершенно природным для меня, чем-то обычным почти рутинным.. *** 430 день в моей комнате зажегся свет, я начала потирать свои привыкшие к темноте глаза. Дверь открылась, зашел Стас, он держал в руках поднос с кашей, которая стояла в одной стороне и с голубцами, что стояли в другой. Он поставил его на стол и легко взъерошил волосы, казалось, он был немного растерянным. В мою комнату зашел Томас, все эти дни он жил со Стасом наверху. Я притиснула животное к себе, и он замурлыкал у меня под ухом, парень попросил: -Поешь. -Ты приказываешь мне? -Я прошу. Вооружившись, столовыми приборами я начала есть, он до сих пор сидел здесь и внимательно наблюдал за мной, когда я закончила он сказал: - Потанцуй со мной, Кристина - я недоверчиво посмотрела на его протянутую руку и отрицательно закивала головой. -Что за глупые игры, я не хочу в них играть. Я не хочу быть твоей, игрушкой убей меня, если я нужна тебе только для игр я отказываюсь от правил. -Это не игры, мне нужно сообщить тебе кое-что. Пожалуйста потанцуй со мной, ну же - он нетерпеливо ерзает на месте затем еще раз добавляет- Пожалуйста, Кристина. Я медленно подымаюсь с места и протягиваю ему руки, кого я хочу обмануть я полностью в его распоряжении. Я всего лишь марионетка. -Ты умеешь танцевать сальсу? - Смутно помню движения, но раньше танцевала. Коротко отвечаю я, он кивает, и мы начинаем танцевать. Я вспоминаю ритм танца, полностью растворяясь в нем. Становится от непривычки немного жарко, но это еще больше разжигает мой внутренний огонь. Я удивляюсь, с какой легкостью танцую в его руках, это может означать только то, что я полностью и безукоризненно доверяю ему. «Черт Кристина, ты глупая как собака!» - я мысленно ругаю себя. Единственным оружием, что действует против меня, является доверие, оно может уничтожить меня. Ему нельзя доверять он чудовище, нельзя, но я доверяю. Стас как-то по-особому смотрит, с долей сочувствия, от этого взгляда меня бросает в холод: - Твой отец умер. Вдруг выпаливает он, и я останавливаюсь, доставая из кармана обрывок газеты. Я выхватываю его с рук и начинаю просматривать. На наш дом напали грабителя, папа возвращался поздно ночью с бара и попался им под руку. Они избили его до предсмертного состояния, в папочки обнаружили сотрясение мозга и перелом ребра. Он пробыл в больнице двое суток, но врачи ничего не смогли сделать. Руки начинают против моей воли трястись, я поднимаю разъяренный взгляд на Стаса: -Ты,- я показываю на него пальцем и яростно кричу - Это все из-за тебя! Он был в больнице еще два дня, я могла попрощаться с ним! Ты лишил меня отца, а его единственной дочери, он умер, зная, что меня похитили! Он умер в чертовой неизвестности! Я подбегаю к нему и начинаю бить его в живот, он не сопротивляется. Я беру его за свитер и прижимаю к стене, смотрю на него глазами полными ненависти: - Мой отец умер еще раньше, когда не мог найти меня. У меня есть семья, но ты отобрал ее! Продолжаю бить его, но я слишком слабая моя рука двигается слишком медленно. Я отхожу от него, обмеривая комнату огромными шагами я плачу вспоминая отца. Сейчас я чувствую одиночество особенно остро, мне нужен кто-то. Смотрю на Стаса, он не уходит, я ударяю со всей, силы ногой об стол физическая боль немного заглушает душевную. На пол падает миска и разбивается, Томас испуганно отбегает в сторону. Я с опаской подхожу к Стасу, моя нижняя губа дергается, руки трясутся. Я делаю то что не собиралась делать, сильно обхватываю руками его тело, заключая его в объятиях и начинаю реветь еще сильнее. Он гладит меня по спине, молча уткнувшись в мои волосы. Мне нужно кому-то доверять, он украл мое доверие, заперши меня здесь и заставляя общаться только с ним, наверное, я свихнулась. Сквозь слезы начинаю вспоминать самые светлые моменты, связаны с отцом: - Когда мне было шесть, мы переехали в новый город, и я никак не могла найти себе друзей, я очень грустила по этому поводу. Папа знал, что я всегда плохо ладила с одногодками, также знал, что я хотела подружиться с Алиной, с девочкой, которая жила по соседству. Он тогда три дня очень трудился и смастерил мне самую лучшую детскую площадку на свете. Это был лучший подарок, который можно было сделать 6 летнему ребенку. Тогда у меня появилось много друзей и все..Все ребята хотели дружить со мной, и к нам приезжала кататься на горках Лика, она была моей лучшей подругой. Поток информации лился с меня, я даже не заметила как мы сели на кровать, а он сжимая мою ладонь слушал все, что я говорила и кивал. Он вел себя как друг, как волк в теле овечки.. Когда я закончила говорить, в комнате повисла тишина. Я чувствовала себя слишком опустошенной и безгранично разбитой. Как ваза, когда падает об пол и разлетается на тысячи мелких осколков, ты все еще можешь собрать ее. Но она никогда не будет такою, же прочной как раньше, с нее будет вытекать вода и, в конце концов, ее выкинут. Я считала себя вазой, как-то небрежно склеенной снаружи, но полностью распотрошенной внутри. Осмелившись наконец-то поднять глаза, я посмотрела на Стаса. Он продолжал держать меня за руку и вдруг резко опрокинул свой взгляд на мою персону, он смотрел с странной теплотой, теплотой которая пугала меня. -Что я могу сделать для тебя? Вдруг спросил он и я замерла. В голове билось один ответ: «Отпусти меня, просто открой дверь и не останавливай меня, это будет лучше, что ты можешь сделать!». Я сильно прикусила губу, чтобы не произнести это он опять психанет, опять уйдет. Я пыталась оценить ситуацию и понять, что же мне все же разрешено просить. -Ты можешь отвести меня на могилу отца? - робко спросила я -Нет. - без раздумий произнес он -Тогда, увы, ты ничего не можешь сделать. Оставь меня одну. -Я не оставлю тебя, мне не нравится твое состояние. -Какое к черту состояние? - раздраженно спрашиваю я - Мой отец умер и я мало того что не попрощалась с ним, я даже не могу увидеть его могилу! Я не буду убегать от тебя, Стас, мне просто нужно побыть с моим отцом! Пожалуйста! -Ты должна успокоится.. -Нет, я никому ничего не должна! Уйди отсюда! - я швыряю в него своей подушкой, парень медленно поднимается - Чего ты смотришь? Вали! Он нехотя подходит к двери и удаляется. Я почти не чувствую слез которые текут по щекам. Беру в руки подушку и начинаю сильно бить ее, пытаюсь уместить на ней всю свою злость. Но ничего не получается я не чувствую желанного облегчения. Я медленно подхожу к зеркалу и смотрю на себя. Вспоминаю, как я раньше была не довольна своей фигурой, и сквозь слезы начинаю смеяться, я была дурой. Теперь у меня нет фигуры, только выпирающие кости. Провожу рукой по скулах чувствую, как неприятно шелушится кожа от недостатка витамин. Замечаю темно серые мешки под глазами, я сплю очень много, но все равно остаюсь уставшей. Вечно молодая, вечно сонная, вечно несчастная. Что со мной случилось? Я была яркой девочкой со жгущими рыжими волосами, а превратилась на ходящий труп с безжизненными прядями. Я боюсь смотреть в свои глаза, кажется, будто бы они принадлежат не мне, а старой измученной женщине. Я тяжело вздыхаю и хватаю зеркало, мгновенье и я кидаю его об пол, оно разбивается. Мне становится немного легче, я как во сне поднимаю один осколок с пола. Иду к кровати, по дороге захватывая подушку. Это все очень похоже на сон, только во сне я хотела убить Стаса, а сейчас хочу убить себя. Я сажусь на кровать ложу на колени подушку. Мысленно прошу прощение у мамы, она поймет меня, любой, кто окажется здесь поймет меня. Я не боюсь того что хочу с собой сделать, единственное что меня пугает это то, что мне может не хватить смелости. Беру в руку осколок зеркала, рука начинает трястись. Какая же я трусиха..Подношу острой стороной ближе к руке провожу, глубоко всаживая в кожу