Правда, мечта очень быстро превратилась в кошмарный сон. Местный князёк решил, что его амбиции выходят за пределы нашего мира. Созвав сильнейших магов, он сотворил заклинание, в результате которого наш мир совместился с десятком других.
В большие города хлынули бесчисленные полчища орков, эльфов, гномов, гоблинов, нежити и прочей пакости. В этом хаосе некогда было договариваться. Все хотели одного — выжить.
В те дни гильдия убийц получила шикарный заказ на устранение короля гоблинов — Гоба. Вместе с сильнейшими бойцами я отправился на задание. Даже глава гильдии присоединился к нам.
Не скажу, что гоблины сильные противники, но повозиться всё же пришлось. С боем прорвались во дворец, раскидали охрану, а затем я столкнулся с предательством. Глава гильдии решил, что я собираюсь занять его место. Слишком выросло моё влияние в то время, заставив его нервничать. Этот мелкий крысёныш напал со спины, как раз когда я стоял напротив Гоба и готовился оборвать его жизнь.
Удара я не видел, зато король гоблинов был начеку. Попал отравленным метательным ножом прямо в глаз главы гильдии. Когда тот упырь рухнул замертво, Гоб предложил мне сделку. Я оставляю его в живых, а он будет служить мне следующую сотню лет.
Мелкий умник думал, что сможет обмануть меня и сбежать. Вот только я знал, как заключить пакт на крови. Предаст — погибнет.
Начертив на полу руны нашей кровью, я провёл ритуал. Но маг из меня оказался не очень. Пакт я, конечно, заключил, а вот кукуха короля гоблинов безвозвратно поехала. Не сказать, что он выжил из ума, просто начал говорить стихами, что было даже забавно.
Вернувшись в гильдию убийц, я стал новым главой, а Гоб — моим напарником. Следующие двадцать лет мы вместе странствовали по миру, уничтожая всех воинственных существ на нашем пути. Король отлично владел парными клинками, а за долгие годы странствий я сумел натренировать его до уровня высшего мастера.
В перерывах между резнёй я переодевал гоблина в шута и засылал его на императорские балы в качестве шпиона. Люди хохотали, смотря, как зеленомордый коротышка пляшет и нараспев читает стихи, теряли бдительность и открыто болтали о всяких грязных делишках. Эти истории попадали ко мне, а я с радостью использовал полученную информацию, чтобы уничтожать врагов.
Двадцать лет работы подошли к концу. Воинственные расы были истреблены. А мне за былые заслуги подарили особняк с сотнями гектаров земли.
Что и говорить. Я был великим героем войны! Настолько великим, что меня решили устранить в первую же ночь после заселения в новое жилище.
Мы сидели с Гобом, никого не трогали, пили вино, наслаждались мирной жизнью… А в следующую секунду окно взорвалось тысячей осколков, и в дом ввалилось три десятка убийц из моей же, мать её, гильдии!
Схватив кочергу, я прикончил два десятка этих безродных псов, Гоб добил оставшихся. Вот только ему прокололи сердце, а мне перерезали горло.
Король гоблинов усмехнулся, привалился к стене. Истекая кровью, он напоследок прохрипел:
— Сражались доблестно, мой друг,
Усыпали телами всё вокруг.
А жизнь была сладка, как медовуха.
Жаль, что покинула нас, шлюха…
Услышав последние слова друга, я усмехнулся в ответ. Жизнь — забавная штука. Недавно Гоб по моему приказу ограбил императора и притащил вместо меча властителя какой-то пожёванный пергамент. На удивление им оказался свиток, в котором описывался ритуал перерождения. Притом настолько детально, что даже мой слуга мог его провести.
Находясь при смерти, я слабеющей рукой начертил печать, указанную на свитке, нащупал клинок гоблина и со всего размаха вонзил его в лужу своей крови. Боль сотрясла тело. Я растянулся на полу, взглянул на застывшее улыбающееся лицо друга.
Проклятый гоблин. Сдох раньше меня. Совсем нет совести…
Я вздохнул в последний раз и мир погрузился во тьму.
Открыв глаза, я увидел, что лежу в клетке, которую везут сквозь мрачный лес. Длинный караван из десятков повозок уныло брёл вперёд. По обе стороны каравана шли вооружённые солдаты. Они настороженно всматривались в чащу леса, но кроме щебечущих птиц там ничего не было.
— А-ха-ха-ха! Всё-таки свиток сработал! Да! Утритесь твари! — заорал я во всё горло, вскинув вверх кулак. — Как только наберусь сил — вернусь домой. Перебью к чёртовой матери всех, кто меня предал!
— Захлопни свою грёбаную пасть! — рявкнул охранник шедший рядом и ударил дубинкой по клетке.
— Ага, как скажешь, — отмахнулся я от него, вернувшись к размышлениям о сладкой мести. О, да. Я всегда возвращаю долги. Особенно те, которые пахнут кровью.