Спустя полчаса я вошёл в деревню. Местные собаки встретили меня с почестями. Облаяли хвалебными одами и даже попытались поцеловать в ножки острыми клыками, вот только я не настолько тщеславен. Шикнув, распугал дворовых шавок, подошёл к дому старосты и ногой постучал в дверь.
Глава 7
— Открывай! — гаркнул я, когда заметил в окне заспанную рожу старосты.
Проклятый хорёк думал спрятаться и сделать вид, что никого нет дома, но я продолжил упорно молотить в дверь.
— Да иду я! Иду! Чё расшумелся⁈ — послышался недовольный голос из-за двери.
Дверь приоткрылась, и на улицу выглянула сальная морда старосты.
— До утра не мог подождать? — возмутился он.
— Боялся, что голова протухнет, — хмыкнул я и, дёрнув дверь на себя, закинул в дом голову ящера.
— Ты чё, сдурел⁈ Зачем мне тут эта погань⁈ — завопил староста, смотря, как голова катится по дощатому полу, оставляя за собой грязные разводы.
— На стену повесишь и расскажешь всей деревне, что это ты ящера убил, — улыбнулся я и прошёл в дом мимо ошалевшего Степаныча. — Расплатись и я пойду. Кстати, там было семь существ, а плату я возьму, как и договаривались, за одного. Но если решишь накинуть сверху премию, я с радостью приму её.
Я устало присел на лавку у входа и требовательно посмотрел на хозяина дома.
— А мне откуда знать, что их там семь было?
— Ты можешь либо поверить моему слову, либо я отведу тебя в логово ящеров. Собственными глазами увидишь их трупы.
— Мне чё, делать больше нечего? — возмутился староста.
— Ну если сильно занят, расплатись — и я уйду.
— Можешь сразу уходить. Шуруй к Анисиму, он тебе выдаст… чё ты там просил? Одежду и поесть? Ну вот там всё и получишь.
— Хорошая попытка, — я, нахмурившись, придавил старосту взглядом. — Но мы с тобой договорились на пятнадцать граммов золотого песка. И я без своего не уйду.
— Ты чёт путаешь. Какой песок? Тебе ж Анисим сказал, что золото в последний раз тут видели пять лет назад. Давай, не сочиняй. Вали! Чё уселся? — Староста упёр руки в жирные бока и вскинул подбородок.
Возможно, так он хотел принять величественную позу, но по его оплывшим рукам то и дело пробегала дрожь. Боится, сволота. Не говоря ни слова, я поднялся с лавки и двинул к лестнице на второй этаж.
— Э! Ты куда собрался⁈ Пацан! Я щас мужиков позову, они тебе живо бока намнут! — взвизгнул староста, прыгая вокруг меня, но выполнять свою угрозу почему-то не спешил, а попытаться остановить меня собственными силами не рискнул.
— Я же сказал, что без оплаты отсюда не уйду, — холодно ответил я.
На втором этаже оказалось всего две комнаты. В первой располагалась гардеробная. Раздвинув шмотки, я ничего не нашёл, кроме кучи безвкусного тряпья. А вот во второй комнате было на что посмотреть.
Две голые девицы мирно посапывали на огромной кровати. Слева от них стоял письменный стол, рядом с которым к стене и полу был прикручен стальной сейф.
— Степаныч, чё там случилось? Опять меня муж ищет? — сонно спросила одна из девиц, но заметила, что я не Степаныч, и завизжала, прикрывшись одеялом.
— Да не голоси ты, ухожу я.
Развернувшись, я увидел старосту, держащего в руке кухонный нож с закруглённым лезвием. Вот дурак. Хочет этой железкой меня убить? Хотя теперь я понимаю, почему он мужиков на помощь не позвал. Полагаю, вторая баба — тоже чья-то жена. Увидев это, мужики намяли бы бока, но не мне, а ему.
— Выкинь эту зубочистку, — недовольно буркнул я и наотмашь ударил ладонью старосту по морде.
Нож звякнул об пол, а рядом с ним осел и его хозяин.
— Ты чё? Ты чё творишь? — испуганно заблеял Степаныч. — Ничего тебе не заплачу! Ни песчинки! Понял⁈ Выметайся отсюда!
Староста расхорохорился перед своими любовницами и в конце уже орал. Правда, его голос дал петуха, но в своих глазах он был молодцом, хотя ещё немного — и он бы обмочился от страха.
— Закрой пасть, пока я тебе все зубы не выбил, — прорычал я, заставив умолкнуть этого храбреца. — К утру уйду из деревни. Захочешь собрать мужиков и поквитаться со мной, приходи. Мужиков отлуплю, а тебе глотку вскрою. Усёк?
Староста испуганно закивал головой и попятился в сторону спальни.
Вот так и помогай людям. Всё норовят обмануть честного работника. А я ведь жизнью рисковал. Впрочем, оплату за работу я всегда получаю. Любой ценой. Ведь за просто так работают либо рабы, либо идиоты. Я ни к тем, ни к другим себя не отношу.