— Вставай немедленно! — потребовала она и потащила отца за собой. — Мы опаздываем на именины.
— Но Юлечка, а как же… — Отец растерянно махнул в сторону нокаутированных охранников.
— Не волнуйтесь, жить будут. К вам претензий я не имею, можете идти. — Убирая меч в ножны, я залюбовался девушкой, она чертовски хороша собой.
— Вот видишь, никто не пострадал, кроме твоих обезьян, — пренебрежительно сказала девушка и продолжила волочить за собой отца.
Юлиана Островская? Звучное имя, мне нравится. А ещё эти пухлые губы, чувственный взгляд и грудь… Мои похотливые мысли прервал её отец, который тащился за дочерью и проводил пальцем по горлу, смотря на меня. Ха-ха. Обещает меня прикончить? Ну-ну. Для начала пусть наймёт более умелую охрану.
— Пафан, ты хто такой? — прошепелявил боец, лежащий на мостовой.
— Случайный прохожий, любитель красоток и просто отличный мечник, — сухо сказал я. — Встать помочь?
— Я фам, — буркнул охранник и, повернувшись на бок, кое-как поднялся. — Фпафибо, фто не убил, — расплылся он в беззубой ухмылке.
— Не за что. Подскажи, где здесь нормальный ломбард?
— Не мефный? — прищурился охранник.
— Да, проездом. Но думаю тут обосноваться, — ответил я. — Говорят, люди у вас хорошие. Гостеприимные. Как твоего хозяина увидел, так сразу понял — не врут.
— Ха-ха. Фмефно, — хрюкнул охранник. — Только он мне не хозяин. Фкорее работодатель.
— Вот как. Тогда тебе нужно менять работодателя, а то рано или поздно наткнёшься на того, кто не пощадит и башку срубит. Так что насчёт ломбарда?
— Вон там, — охранник указал пальцем мне за спину и добавил, — на улице Фкладфкой.
— Благодарю, — сказал я и кивнул беззубому.
Ломбард обнаружился именно там, куда указал боец. Невзрачное двухэтажное здание с солидной стальной дверью и вывеской перед входом с надписью: «Ломбард дядюшки Шульмана».
Войдя внутрь, я попал в просторную комнату, заваленную различным барахлом. Правда, меня от этого барахла отделяла стальная решетка, но посмотреть, что продают, это мне совершенно не мешало.
В кучу были свалены пышные платья, мечи, арбалеты, золотые вазы и даже скульптуры каких-то мужчин с серьёзными мордами. И всё это барахло кто-то сумел продать. Что ж, за золотой песок я смогу получить…
Когда я увидел физиономию владельца ломбарда, то понял, что в лучшем из случаев получу половину от реальной стоимости. Хитрый прищур внимательных глаз сквозь очки с диоптриями. Крючковатые пальцы на сухих, словно тростинки, руках. А вместе с этим вежливая, но такая насмешливая улыбочка на лысеющей морде.
— О! Добро пожаловать! — воскликнул мужчина, сложив ладони у груди. — Меня зовут Измаил Шульман. Как вы поняли из названия, именно я владею этой прекрасной конторой. — Он обвёл рукой заросшую паутиной и пылью комнату, которая была какой угодно, но точно не прекрасной. — Чем могу помочь? Желаете что-то выкупить или, наоборот, продать?
— Продать, — коротко ответил я и положил на стол мешочек с золотом.
— Итак, что же вы принесли… — Выражение лица торговца стало алчным. — Золотой песок. Нечасто его встретишь. Что ж, давайте посмотрим, сколько его у вас.
Торговец собирался уйти вместе с мешочком, но я схватил его за руку и остановил.
— Будешь взвешивать при мне, — сухо сказал я, придавив его взглядом. Впрочем, плешивый очкарик не дрогнул.
— Какое недоверчивое поколение пошло. Я мог бы обидеться… — сказал торговец и, поняв, что мне плевать, через мгновение добавил: — Но клиент для меня — самый важный человек на свете! А значит, сделаем так, как вам будет спокойнее.
Шульман оставил мешочек на прилавке, а сам нагнулся и достал из ниши небольшие весы. Вот паршивец! Если весы были рядом, то куда он собирался с моим золотом?
— Ага, замечательно, — пробубнил торговец, сперва высыпав песок на одну чашу, а после установил на вторую чашу крошечную гирьку с надписью «15 г.», отчего весы пришли в равновесие. — Выходит, тут пятнадцать граммов.
Нахмурившись, я потянулся к весам.
— Что вы делаете? — возмущённо вскрикнул Шульман.
— Стой смирно. Ты же сказал, что сделаем всё так, чтобы мне было спокойно. А мне будет спокойнее, если ты отсоединишь вот эту нитку от чаши, на которой лежит твоя гиря.
К дну чаши была привязана тоненькая нить, торговец её ловко замаскировал. Именно эта ниточка и не позволяла весам качнуться в бо́льшую сторону. Подобные трюки я видел и в моём мире. Ты можешь нагрузить на другую сторону весов хоть сотню килограммов, они всё равно покажут «15 г.».