— Возьми, мой друг, этот кружок, Гоб отплатил за ужин так, как смог.
Гоблин театрально поклонился и двинулся к твари, убитой мной. Занятно. Мы только попали в зону оцепления, а уже прикончили двух существ. Пока я любовался трофеем, Гоб выпотрошил тварь, а затем швырнул мне вторую жемчужину.
Из кустов позади Гоба послышался шорох. Мелькнули четыре языка, один и которых гоблин успел перерубить в полёте. Остальные попали ему в шею, плечо и живот. Твари резко дёрнули Гоба на себя и выпрыгнули из кустов, пронзая костяными наростами зелёного насквозь.
Вот только моему другу было ни тепло ни холодно от их атаки. Насмешливо посмотрев на тушки существ, прилипших к его телу, он взял кинжал и прикончил тварей одну за другой. Пока зелёный с ними разбирался, его вторая рука успела восстановиться.
Рассмотрев одно из существ поближе, я заметил, что у него нет костей. Лапы, похожие на лягушачьи, при ближайшем рассмотрении оказались желеобразной массой. Конечности приходили в движение при изменении кровяного давления.
Под полупрозрачной кожей судорожно билось уродливое сердце с шестью клапанами. Вздрогнув пару раз, оно затихло. Я схватил эту тварь за язык, поднял над землёй. Килограммов десять, не меньше. Интересно, а кто-нибудь в империи скупает туши подобных тварей? Нужно выяснить.
Я принялся потрошить лягухо-цветков, а гоблин тем временем набивал брюхо. Чем больше Гоб ел, тем быстрее работала его регенерация. С каждым отгрызенным куском раны на груди зелёного зарастали всё шустрее.
Я ссыпал пять жемчужин в кошелёк, раздвинул клинком кусты и увидел в глубине болотной жижи ещё одну сдохшую тварь.
— Сможешь достать? — спросил я у Гоба.
Он пожал плечами, разбежался и сиганул в трясину. С ходу утонул по пояс, но сумел ухватить лягуху и зашвырнуть в мою сторону. После чего зеленомордый расплылся в улыбке и, превратившись в тёмное пятно, оказался возле меня.
То, что гоблин своевольно мог превращаться в тень и появляться рядом со мной, и радовало, и пугало одновременно. Радовало потому, что он в трудный момент мог быстро переместиться ко мне и прикрыть. А пугало — потому что он действует не всегда разумно и может появиться тогда, когда не следует.
Выковыривая шестую жемчужину, я осмотрел Гоба. Рука приросла, дырки в груди зажили, даже порезы исчезли. Хотя что уж там порезы? Даже чёртова одежда восстановилась! Как я понимаю, он не чувствует боли от ранений, а это может быть чертовски полезно.
— Гоб, поработаешь наживкой? — спросил я у владыки гоблинов.
— Если идём ловить лягух, Не говори такое вслух! Вдруг зелень распугаешь ты. И о еде разрушишь все мои мечты.
Гоблин сделал страдальческое выражение лица и приложил руки к груди.
Следующие три часа мы шастали по болоту в поисках хищной живности. Гоб подходил к трясине и лупил по ней ладонью до тех пор, пока из неё не выползала какая-нибудь пакость.
Кроме лягух здесь водились и ящеры, которые пару раз сумели утащить гоблина в болотную жижу. В такие моменты Гоб снова превращался в тень и возвращался ко мне, оставляя зубастую тварь недоумевать, куда делась её жертва. Одним словом, охотиться с зеленомордым — одно удовольствие.
Хабаровск, имение Островских
Юлиана сидела за столом вместе с четырьмя подругами и пила чай. Девушки каждый четверг собирались, чтобы посплетничать.
Раньше Юлиана в основном только слушала сплетни, а сейчас она могла поведать миру и лично пережитую историю. Хотя подруги, конечно, всё извратят и безбожно переврут, но держать в себе произошедшее не было никаких сил.
— И он убил налётчика? У тебя на глазах? — с придыханием спросила кучерявая девица.
— Всё именно так! А после он так посмотрел на меня… — Юлиана попыталась изобразить взгляд, который бросил на неё Владимир, но, засмущавшись, прекратила.
— И что потом? Твой папенька наградил его? — нетерпеливо спросила вторая подруга, тонкая как спичка.
— А потом он прижал меня к себе и поцеловал, — сказала Юлиана и покраснела.
— Не может быть! А он аристократ? Граф какой-нибудь? Или кто? — подключилась к обсуждению третья подруга с пухлыми щеками.
— Не знаю. Но повадки аристократические. А ещё эта выправка… Такой властный и мужественный взгляд. Девочки, вспоминаю — и аж мурашки по коже. Вот смотрите! — Юлиана закатала рукав и показала едва заметные волоски, вставшие дыбом.
— Ну и чего? Рассказывай. У вас уже было? — спросила толстуха.
— Жаннет, отстань от Юлианы, не все ведь такие шлюшки, как ты, — захихикала щепка, прикрыв рот ладонью.