— Вставай, Владимир, через десять минут начало тренировки, — сказал Шишаков, сев на край койки.
— А можно выйти из союза и не идти? — простонал я, с трудом поднимаясь.
— Ха-ха! Теперь уже поздно, — хохотнул он. — Если вступил в союз, то в нём и помрёшь.
— Какая-то жуткая присказка. Вы что, мафия? — спросил я, зевнув.
— Почти, — хмыкнул Шишаков и вскочил с кровати, двинувшись к выходу. — Догоняй.
А догонять я не спешил. В таком состоянии заниматься совершенно не вариант. Поэтому я доковылял до душевой и заперся внутри, предварительно убедившись, что в помещении больше никого нет. Из тени появилась зелёная морда, вытянув руку с припрятанным сокровищем.
— Камни в сохранности, мой друг. Как хорошо, что все вокруг не знают вовсе про меня…
Договорить ему я не дал. Выхватив кошель, я затолкал голову гоблина обратно в тень.
— Спасибо, но болтать не стоит, — пробормотал я, затем выудил из кошеля одну зелёную жемчужину и сжал её в руке, поглощая заключённую в ней ману.
Приятная прохлада прокатилась по телу, смывая боль и усталость. Кошелёк с оставшимися камнями я швырнул на пол, и он тут же утонул в тени. Хм-м-м… Удобно. Интересно, сколько всего я смогу запихнуть в пространство Гоба?
— Гоб, возьми на хранение, — сказал я и, отстегнув меч, опустил его в тень, а после отправился на тренировку.
Я пришёл в тренировочный зал за минуту до начала занятия. Гвоздев оценивающе посмотрел на меня и спросил:
— Ты чего такой бодрый?
— Отлично отдохнул, — улыбнулся я и встал в строй.
— А может, я вчера недоработал и оставил у тебя излишек сил? — почесал бороду Никитич и крикнул: — Разбились на пары!
Следующие три часа мы бесконечно рубились на мечах, то и дело меняясь противниками. Я чувствовал себя жуликом. Впрочем, я таким и был. Пока охотники подыхали от вчерашней тренировки, я с лёгкостью порхал по залу и осыпал их градом ударов.
К концу занятия я, конечно, вымотался, но мои товарищи пали смертью истощённых куда раньше. Единственное, что меня раздражало, так это нежная кожа ладоней, которая после первого часа превратилась в сплошные кровавые мозоли. Ну да ничего страшного, жемчужины такие раны вмиг исцеляют.
Никитич завершил тренировку и, посмотрев на нас, сказал, что от вечернего занятия мы освобождены.
— Выглядите жалко. Даже Володька на вашем фоне кажется бывалым охотником, хотя только вступил в союз, — недовольно сказал Гвоздев и, покачав головой, отправился на выход. — Идите отдыхать.
Как только Никитич вышел из зала, ко мне потянулись улыбающиеся мужики.
— Вовка, спасибо! Спас от вечерних пыток. Может, хоть сегодня не будет судорог в мышцах, — охотник со шрамом на переносице пожал мне руку.
— Да, после похода нужно отдыхать. А старик вечно со своими тренировками, — произнёс плечистый бугай.
— И что, хотите сказать, что он не прав? — хмуро спросил Шишаков.
— Да не, так-то прав, конечно. Просто ты и нас пойми. От работы кони дохнут и всё такое, — стыдливо буркнул шрамированный.
— А мне-то чего вас понимать? Я так же, как и вы, впахиваю. А тварям башни наплевать, устал ты или ещё что. Как столкнёшься с ними, расскажешь, что был уставший и из-за этого недостаточно подготовился, — произнёс Шишаков, а затем, вытерев потное лицо майкой, добавил: — Ладно. Хватит о пустом. У нас товарищи погибли, нужно семьям помочь. По две сотни рублей скидываемся, остальное Гвоздев докинет.
Мужики без вопросов полезли в карманы, передали Шишакову деньги. Он перевёл взгляд на меня и тихо произнёс:
— Ты можешь не скидываться. Новенький, ещё ничего не заработал. Тем более тебе за вылазку не заплатят, так как в договоре твоё имя не указано.
Это заявление меня немного задело. Я теперь состою в союзе, и все погибшие, можно сказать, мои братья. Хотя я половину из них вживую не видел. Но это не мешает мне верить в то, что каждый из них рискнул бы ради меня жизнью. И две сотни рублей не такая большая плата за чувство братского плеча.
— Нет, так не пойдёт. Я тоже скинусь, только за деньгами схожу, — сказал я и собирался отправиться на выход, но вспомнил кое-что. Хитро улыбнувшись, я повернулся к Шише. — А ещё ты задолжал мне пару монет. Их тоже закинь в общий котёл.
— Хе-хе! А малец-то не промах! Шиша тут всем должен. Да, Саня? — усмехнулся шрамированный и хлопнул Шишакова по плечу, тут же съёжившись от колючего взгляда.
— Давай, давай, Саша. Раскошеливайся, пока всё заработанное на массажистку не спустил, — хихикнул охотник с отрубленным ухом. — И мне соточку не забудь вернуть.