Спустя час на полу уселись десять человек, которые смирились со своей участью и просто прикрыли голову руками. Никитич, гоняясь за мной, Шишаковым и ещё парой человек, то и дело пробегал мимо сдавшихся и отвешивал им звонкие затрещины.
Несмотря на то, что у меня был отличный контроль маны, эта самая мана закончилась на втором часу тренировки. Вот тогда стало намного веселее.
Через раз мне удавалось предугадывать движения Гвоздева. Но каждый раз, когда я промахивался, получал удар, от которого хотелось согнуться пополам. Кое-как я дотянул до конца занятия и отправился в раздевалку.
Синие полосы с кровоподтёками покрывали половину моего тела. Прикоснувшись к синяку, я тут же отдёрнул руку от резкой боли. Чёрт, а ведь Никитич бил жалкой хворостинкой. Что будет, если он со всей силы ударит деревянным мечом?
За спиной послышался насмешливый голос Шишакова:
— Ну что, Володька? Жгутся синяки?
— Да ты и сам знаешь. Вон промеж глаз какая красота, — хмыкнул я, показав пальцем на красную полосу, идущую через всё его лицо.
— Это ерунда, — отмахнулся Александр. — В кабак идёшь? Думаю, Софья будет рада тебя увидеть.
Он сказал это таким тоном, будто подшучивал надо мной.
— Нет, сегодня буду занят, — произнёс я. — Нашёл подработку на вечер.
— Ну понятно. Подработка это хорошее дело, — согласился Александр. — На что-то копишь?
— Ага. На аренду жилья. Даже девушку некуда позвать, стыдоба, — я натянул чистую рубаху, которая теранула жёсткой тканью по синякам, и скривился от боли.
— Хорошее дело, — кивнул Шишаков. — Ну ладно. Значит, сам пойду. Бывай.
Он попрощался и ушёл, подарив мне возможность использовать ещё одну жемчужину. Прохлада прокатилась по телу, синяки практически мгновенно рассосались. Отлично, а теперь на турнир.
Выйдя с территории СОХ, я тормознул такси, а затем отправился в промышленную зону железнодорожного района.
Машина выехала с центральной освещённой улицы и погрузилась во тьму частного сектора. Не было ни одного фонаря, лишь редкие огоньки в окнах одноэтажных домов.
Лаяли многочисленные псины, мелькали неясные тени местной шпаны, изредка встречались машины, несущиеся на огромной скорости. Водители авто как будто спасали свои жизни от гонящейся за ними нищеты. Нет, в этом районе я точно не стану арендовать жильё.
Спустя двадцать минут мы прибыли на место. Такси остановилось у стальных двустворчатых ворот.
— Давай деньги и живо вылезай, — нервно произнёс водила. — Не хватало чтобы меня тут ограбили.
Твою мать… Деньги. Я улыбнулся и, взявшись за дверную ручку, кинул водиле рублёвую монету. К сожалению, это всё, что у меня было.
— Извини, дядь! Остальное при случае верну! — выкрикнул я и, выпрыгнув, побежал в темноту промзоны.
— Ах ты падла! Встречу — пришибу! — рявкнул таксист, хлопнул дверью и завёл машину.
Несмотря на то, что промзона была огромной, я точно знал, куда бежать. Вдали виднелся свет, а ещё были слышны сотни возбуждённых голосов.
— Через пять минут начало. Ставку сделал? — услышал я от мужика в фуражке.
— Конечно! Ты чё? — ответил ему товарищ, усмехнувшись. — Крапивин в очередной раз учудил. У молодняка нет и шанса.
— Ну вот и я думаю, что не сдюжат.
Подбежав поближе, я рассмотрел здание, в котором проводился турнир. У огромного ангара собрались полупьяные криминальные и не очень морды. Они курили, ругались, обменивались сплетнями и, конечно же, делали ставки.
У входа стояли охранники, которые, услышав, что я от Крапивина, тут же меня пропустили.
— Вы Владимир, верно? — спросила миловидная девушка.
— Эм-м-м. А вы откуда меня знаете? — опешил я.
— Я видела вас на вчерашнем турнире. Да и это моя работа — знать всех, кто участвует, — холодно произнесла она и указала в центр ангара, освещённого лампами. — Пройдёмте. Скоро начало.
В центре собрались два десятка парней разной степени побитости. Одним из них был вчерашний ушастик. Увидев меня, он хмуро кивнул.
— И тебе не хворать. Волнуешься? — спросил я.
— Ну а как иначе? Если просрём, то хрен чё нам заплатят, — сказал парень и сплюнул на пол.
Вот это уже интересно. Я думал, что бойцам платят в любом случае, вопрос только в сумме. Оказывается, нет. Ну что ж. Придётся сделать так, чтобы мы победили.
Среди участников я заметил пару рослых ребят. С виду им было лет по двадцать пять. Носы сломаны, лица посечены шрамами, хмурятся так, будто пришли сюда проигрывать.