Когда Тася отказала дать свою машину, он был неприятно удивлен, неужели она не понимает, что человеку требуется помощь? И еще ее слова - «думаю, что тебе у нас больше нечего делать. Желаю тебе счастья. И на будущее. Когда просишь у одной женщины дать шанс и говоришь, что любишь, не следует тут же бросаться в объятия другой. Думаю, мы поняли друг друга» - оскорбили его. Он мужчина и сам будет решать, что ему делать. Он ушел от Таси, не прощаясь. А потом, когда Лилия предложила поехать с ней, даже не задумался, просто сообщил своим коллегам, что уезжает.
Глава 14.
Глава 14.
После увольнения Дмитрия пришлось решать вопрос с проводниками. Местные мужички, поняв выгоду работать в турфирме, наперебой предлагали свои услуги. Тася выбрала двух самых надежных, не пьющих, которые быстро влились в работу. Турфирма даже не почувствовала ухода Дмитрия.
***
В конце августа, через пару дней после отъезда Дмитрия, возле дома бабы Шуры снова появился Александр. Он остановил машину на этот раз возле их калитки. Женщины в это время были во дворе, Виктор спал на своих перинах под пока еще теплым летним солнцем. Еще немного и осень придет со своими дождями.
Александр вышел из машины, подошел к забору.
- Добрый день. Разрешите войти?
Баба Шура разогнулась от грядок с огурцами, посмотрела на него, но ничего не стала говорить. Тася поднялась с перины, где сидела рядом с сыном, читала книгу, подошла к забору.
- Привет, - еще раз поздоровался Александр. - Разрешишь на сына посмотреть?
Она молча открыла ему калитку, пропуская его. Он прошел на участок и на дрожащих от волнения ногах подошел к сыну.
- Я знаю, что его Виктором назвала, - сказал Александр и улыбнулся. - Виктор Александрович Столетов.
- Виктор Витальевич Зотов, - сухим тоном поправила его Таисия.
От ее слов он дернулся, но ничего не сказал. Он не отрываясь смотрел на сына и улыбался. Пусть будет «Витальевич» и «Зотов», главное, что он видит своего сына, любуется им. Он был такой маленький, но такой серьезный, красивый. Пока он рассматривал сына, тот открыл глаза и серьезно посмотрел на него. Александр сжал зубы, чтобы не расплакаться от той нежности, которая затопила его сердце. Насколько он помнил свои детские фотографии, сын был похож на него и снова широкая улыбка осветила его лицо.
Сын замахал руками, задрыгал ногами, показывая, что ему пора менять подгузник. Александр поднялся.
- Извини, забыл, - сказал он Тасе виноватым голосом, потом быстрым шагом прошел к машине, достал оттуда большую сумку, несколько упаковок подгузников, вернулся со всем этим к Тасе. - Это сыну. Там игрушки, вещи.
Он поставил сумку и подгузники на лавочку возле дома.
- Извини, я не знал, что надо, взял, что мне посоветовали в магазине.
- Спасибо, подгузы всегда пригодятся, - ответила Тася, поднимая Виктора и относя его к тазу с водой, которая грелась на солнце.
Она быстро обмыла его, переодела. Сын с очень серьезным лицом сидел у нее на руке, своей маленькой ручкой обхватывая ее шею и рассматривая своего отца.
- Можно я возьму его? - проговорил Александр, не сводя взгляда с лица сына.
- Попробуй.
Тася осторожно пересадила сына со своей руки на руки Александра. Он стоял с таким счастливым лицом, прижимая маленькое тельце к себе, как самую большую драгоценность, что Тася и баба Шура, которая так и молчала, невольно улыбнулись. Мужчины разглядывали друг друга с таким вниманием, что женщины снова заулыбались. Потом мальчишке надоело сидеть у незнакомца на руках, начал искать маму и потянул к ней ручки. Александр поцеловал его в макушку, закрыл от накатившего на него чувства глаза и передал сына Тасе.
- Спасибо, Таисия. Я поеду, не буду вам мешать.
- Хорошо. Спасибо, что заехал.
- Можно потом еще приеду?
- И вот так оставишь свои гостиницы? Не устанешь ездить туда-сюда, путь не близкий?