* * *
Катька лежала на незастеленной кровати в общаге и не обращала внимания на суетящегося Вовчика. Вовчик что-то рассказывал. Что-то хрюкал. Ну и пусть хрюкает.
Историю с посещением местного крестного отца Катька не раз прокручивала в своей голове. И каждый раз ей становилось не по себе. Она понимала, что сделала глупость, и теперь все больше и больше боялась его, уверовав в его силы.
У нее было ощущение, что она побывала в гостях у удава. Такая мышка, сидящая перед здоровенной змеюкой и смотрящая глаза в глаза… Нет, в глаза он ей не смотрел. Он просто говорил с ней, как с молоденькой, ничего не понимающей дурочкой…
При этих мыслях в Катерине все и взыграло. Да кто он такой? Козел старый. Тоже мне, пахан московский. Да таких… Настоящие паханы в таких хатах не живут. Настоящие паханы вообще за границей живут, а бабки им туда сами идут. А это не пахан, а так, шваль, чуть повыше Штыря. Ну, обирает ларечников у метро, как говорят. И с рынка что-то имеет. Ну и что? Большой член, что ли?
Он что, не из костей и из мяса? Из костей и из мяса.
«Есть на кого долг Штыря списать», – вспомнив это, она задрожала. А что, неужели невозможно такое? А если и правда спишет? Сказано серьезно было… Ни хрена! Подавится!
Катька опять вспомнила о Штыревом наследстве…
– Э, Вовчик, – позвала она.
– Чего? – спросил он.
– А ты бы человека мог замочить?
– С какого такого хрена?
– С твоего… Ну, я бы тебе отдалась.
– Не, – досадливо протянул он.
– А за бабки?
– А за бабки кто откажется? Ты вообще серьезно?
– Шучу.
– Шутки дурацкие у тебя… Таким не шутят. Будет дело – обсудим.
– А ты когда кого убивал?
– Нет, – вдруг смутился Вовчик, будто сказал что-то постыдное. Где-то в глубине души у Вовчика было желание всем показать, что он хоть и голубой, но крутой, что он способен на то, что обычному мужику не всегда под силу. А потому пришить кого был согласен вполне за сносную цену. – А чего, трудно? Было б чем.
– Будет…
«Наркоманы и алкоголики являются теми же контактерами. Только контактируют они не с высшим разумом, а с низшими астральными сущностями. И эти сущности, присасываясь к ним на энергетическом уровне, толкают на агрессивные поступки, на преступления. Недаром вне зависимости друг от друга алкоголики видят зеленых чертей. Кстати, с использованием новейшей аппаратуры удалось зафиксировать этих существ на фотопленку, из чего можно сделать вывод, что они реально существуют…» «Американские военные истратили миллиарды долларов на дезинформацию общественности о летающих тарелках, чтобы скрыть факт, что они уже не одно десятилетие используют инопланетные технологии в военных целях…» «Игральные карты берут свое начало еще в Атлантиде…»
Она листала газету.
«Меня спас кудесник. А имя этому кудеснику – Роман Семенович», – начиналась очередная статья.
Ну ни одной газеты не пропускает. Везде реклама. Без рекламы колдуну не прожить…
– Не заглянуть ли к колдуну? – спросила Анфиса. – Вот, смотри, опять его реклама.
Желание ее посетить Романа Семеновича Влас принял, как всегда, равнодушно.
– А зачем?
– Пишут, что кудесник. Покажу ему фото Светланы.
– Давай, если охота, – сказал он.
– Мы так и не разобрались в этом колдуне. Что он из себя представляет? Черт его знает.
– А в чем мы разобрались?
– Все-таки что-то узнали, – сказала Анфиса. – Про наркотики… Про Штыря. Про Антона.
– А толку?
Анфиса только пожала плечами.
Роман Семенович нисколько не удивился ее совершенно не мотивированному звонку и назначил встречу на два часа дня, предложив ей с ним пообедать в одном из московских ресторанчиков.
Анфиса согласилась. Она была не столько рада побывать вновь в ресторане, сколько довольна тем, что ей не придется вновь встречаться с клиентами колдуна и вести беседу в полумраке его кабинета. Положив в сумочку побольше денег – она не желала быть в долгу у колдуна – и приведя себя в порядок, Анфиса отправилась на встречу.
Когда она вошла в зал, Роман Семенович уже ждал ее за столиком. Увидев ее, он тут же встал и приветливо с ней раскланялся.
Народу в ресторане было немного. В основном из числа «новых русских». Цены в московских ресторанах «кусаются». Если в Амстердаме спокойно можно пообедать за двадцать долларов, то в Москве с такой суммой вряд ли можно на что-то рассчитывать. В том же Питере цены в несколько раз ниже. Москва стала превращаться в какой-то Вавилон – многоязычный, дорогой, развратный. Так, удовольствие посидеть в ресторане себе могут позволить только, пожалуй, новорусаки. «Да еще колдуны, маги и прочие шарлатаны…» – подумала Анфиса. Все наше общество разделилось на «новых русских» и бедноту, средний же класс, как не раз слышала Анфиса вещания политических лидеров по радио и телевизору, у нас еще не сформировался. А когда сформируется, только Богу известно… Кризис за кризисом, рубль рушится, марка взлетает. Цены скачут. И слышатся голоса – потуже затягивайте пояса, проявляйте гражданское сознание. И обращаются почему-то к все той же бедноте, вместо того чтобы подтянуть свисающие через ремни животы богатеев… Покинув обеспеченный класс, Анфиса все чаще стала преисполняться чувством гражданского негодования по отношению к денежным мешкам.
– Советую вам крабовый суп. Он здесь очень хорош, – Роман Семенович качнул головой. Вместе с головой качнулись его большие уши.
«Ну, настоящий Чебурашка…» – подумала Анфиса, и ей стало смешно, но она себя сдержала.
Они сделали заказ, и в ожидании Анфиса решила не тянуть время. Перешла к делу. Из сумочки она извлекла фотографию Светланы и протянула ее колдуну.
– Света, – сказал он, глянув на фото. – Но зачем вы мне ее даете?
– Я хотела вас попросить поработать с этим фото. Может, вы сможете указать, где она сейчас находится… – пояснила Анфиса.
– Но зачем это вам? И потом вы все равно мне не верите… – Он откинулся на спинку стула, положив фото на край стола.
– Почему, я вам верю, – возразила Анфиса.
В этот момент официант принес им заказ.
– Бокал вина перед обедом очень рекомендуют французы, – довольно заулыбался Роман Семенович.
– С удовольствием, – согласилась Анфиса. – У меня к тому же есть тост.
– О-о! – протянул Роман Семенович. – Как говорится, что хочет женщина, то хочет Бог.
Анфиса подняла бокал с французским вином и произнесла:
– Я хочу выпить за вас, Роман Семенович, за ваш космический дар. И за то, чтобы ваше второе предсказание было столь же успешно, как и первое… – Анфиса с удовольствием, медленно, выпила бокал вина.
Роман Семенович последовал ее примеру, но с его лица не сходило удивленное выражение. Когда он поставил бокал, то сразу попросил:
– Анфиса, может, вы все же разъясните мне, что вы хотели сказать своим тостом?
– А вы окутайте меня своими чарами и считайте информацию из моей хорошенькой головки, – Анфиса улыбнулась ему.
В ресторане она себя чувствовала намного увереннее, чем в кабинете колдуна с его вращающимися игрушками и таинственными символами, а выпитое вино потихоньку начинало кружить ей голову. Анфиса всегда очень мало пила, потому что знала, что быстро пьянеет.
– О, если бы я был столь всесилен… – мечтательно произнес Роман Семенович.
Анфисе показалось странным, что колдун был не слишком уж настойчив в своей просьбе – вроде и не очень это все касается его или он уже все знает…
– В ангаре были найдены вещи Антона – сумка и брелок.
Роман Семенович поднял глаза от тарелки и, внимательно посмотрев на Анфису, сказал:
– Но так и должно было быть. Я же вам говорил, что там его энергетический след.. Возможно, его там и убили…
– Сумка его, ее опознала Анна Максимовна, брелок – тоже не вызывает сомнений, я его сама хорошо помню. Это был его талисман. Да вот только не уберег талисман своего хозяина… Но убили его не там.