— Здесь есть нижний уровень, — сказал Аэрон, указывая на еле заметную дверь, спрятанную за стеллажом с книгами. — Он внизу. Готов?
Сайрен усмехнулся:
— Я родился готовым.
Они спустились. Лестница вела в подвал, сырой и темный. И вот, наконец, в тусклом свете их глаз засверкали зрачки другого вампира. Хаймер.
Он сидел в кресле, как будто ждал гостей. Его лицо было изуродовано временем, злобой и тьмой, но он улыбался — той самой, мерзкой, безумной улыбкой, что Аэрон помнил ещё с их родной планеты.
— Привет, брат, — прохрипел Хаймер. — Сколько лет, сколько зим.
Аэрон молча шагнул вперёд.
— Сегодня ты умрёшь.
Хаймер встал, кривясь от удовольствия:
— Попробуй.
Схватка началась.
Сырой подвал наполнился звуками ярости и стали. Аэрон первым рванул вперёд — движения точны, как у охотника, веками оттачивавшего свои рефлексы. Пистолет с серебряными пулями вылетел из-под его куртки, выстрел расколол тишину, пуля едва не задела Хаймера, тот отскочил в сторону.
Хаймер зарычал, обнажая клыки, и, прыгнув на стену, оттолкнулся от неё, словно летучая тварь, бросаясь на Сайрена. Тот выстрелил — один, два, три раза. Одна из пуль вонзилась в плечо противника, оставляя чёрную, дымящуюся рану.
— Слишком долго вы за мной охотились, — хрипло прорычал Хаймер, увернувшись от новой очереди. — Я стал сильнее, быстрее...
Аэрон, перекатившись в сторону, открыл огонь из второго пистолета, сжимая зубы. "Он не должен уйти. Сейчас или никогда. За всех, кого он убил. За то, что сделал с нашей расой..." — мысли молнией пронеслись в голове.
Хаймер бросил в них стеллаж — рухнувшая груда металла и дерева на мгновение разделила бойцов. Сайрен шагнул вперёд, но не заметил, как тень Хаймера скользнула сбоку. В следующее мгновение он зарычал от боли: когти врага рассекли ему бок, кровь хлынула на бетонный пол.
— Сайрен! — закричал Аэрон, и, не задумываясь, выстрелил вслепую через обломки.
Падение. Хаймер рухнул назад, схватившись за живот — пуля попала, но не смертельно. Его злобный взгляд на секунду встретился с глазами Аэрона. Улыбка — дерзкая, полная мрака и предвкушения.
— Мы ещё увидимся, брат... — прохрипел он, и, воспользовавшись дымом от выстрелов и обвалившимся потолком, растворился в темноте подвала через тайный проход, о котором знал только он.
Аэрон подбежал к раненому Сайрену. Тот стиснул зубы, но не стонал.
— Поверхностная, но глубокая. Он почти задел артерию, — процедил Сайрен. — Проклятье, он ускользнул...
Аэрон сжал зубы, глаза сверкнули от ярости:
— Но не навсегда.
Они выбрались из подвала. Бой был окончен. Но охота только начиналась.
Дом в Мехико. Несколько дней спустя.
Жара окутала землю тонкой пеленой, воздух был неподвижен, как перед грозой. Машина медленно въехала за кованые ворота — старинное родовое поместье семьи Грейвс располагалось на окраине Мехико, скрытое среди древних деревьев и высоких каменных стен.
Аэрон остановил машину, вышел и открыл дверь с пассажирской стороны. Сайрен, осунувшийся, с бледным лицом и глубоким ранением в боку, с усилием вылез наружу. Его рубашка прилипла к телу, пропитанная кровью. Ранение от серебряной пули не заживало, как обычно — наоборот, словно горело внутри.
— «Только не падай здесь. Почти пришли», — глухо сказал Аэрон, подхватывая брата под руку.
Они вошли в дом. В холле их уже ждала Лейла — темноволосая женщина с пронизывающим взглядом, одна из немногих, кто мог вытянуть жизнь из самой смерти.
— «Положите его на диван», — приказала она, не теряя ни секунды. — «И выйди, Аэрон. Мне нужно сосредоточиться».
Он не спорил. Просто кивнул и направился вглубь дома, к внутреннему дворику.
Он опустился на каменную скамью у фонтана. Вода тихо струилась, отражая свет заката.
Селина.
Эти мысли возвращались снова и снова. Её лицо, голос, то, как она смеялась, прижимая ракушку к уху. Её капля крови на его языке… и то, как она выдернула руку, напуганная, но не злая.
— «Я же клялся себе, что не втяну её», — прошептал он, сжав кулаки.
Каждый день, пока Сайрен стонал от боли в соседней комнате, Аэрон сидел здесь, думая о ней. Её запах всё ещё жил в его памяти. Он чувствовал, как внутри медленно тлеет опасное желание. Но рядом — брат, почти на грани.
Внутри дома.
Лейла аккуратно извлекала серебряную пулю, капля за каплей — каждая крошечная частица могла быть смертельной. Она читала древние формулы на латыни, проводила над раной руки, втирала густую мазь из теневых трав. Кровь кипела, как лава, Сайрен стиснул зубы, из горла вырвался хрип.
— «Ты продержишься. Должен», — прошептала она. — «Ты же из рода Грейвс».