— Он ещё лучше, чем на фото, — пробормотала Лейла себе под нос. — Только бы не разбил ей сердце.
Аэрон сел за руль, и они поехали. Машина скользила по улицам, и мир за окном словно замедлил ход. Они почти не говорили, но взгляд, прикосновение пальцев к её руке — всё было наполнено тем невидимым, что нельзя выразить словами.
---
Домик встретил их прохладой, запахом моря и нежным шелестом волн. Закат только начинался, солнце клонилось к горизонту, бросая золотистый свет на окна и песок.
— Идём? — спросил Аэрон, протягивая ей руку.
Они прошли к террасе, где был накрыт небольшой столик. Лёгкий ужин — свежие фрукты, сыр, оливки, вино. Всё выглядело так, словно кто-то заранее знал, чего именно им захочется этим вечером.
Селина улыбалась. Она чувствовала себя желанной, понятой. Аэрон не просто был рядом — он словно был частью её самой.
— Ты всё устроил, как будто читал мои мысли, — сказала она, отпивая вино.
— Я просто очень хотел, чтобы ты чувствовала себя хорошо. Чтобы этот вечер был только для тебя… — он поднял бокал. — За тебя, Селина.
---
Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, они сидели на террасе, тесно прижавшись друг к другу. Ветер чуть развевал её волосы. Аэрон нежно убрал прядь с её лица, и их взгляды снова встретились.
— Я скучал по тебе весь день, — тихо произнёс он, касаясь её щеки.
— Я тоже… Больше, чем могла бы себе представить, — ответила она и наклонилась к нему, даря поцелуй — мягкий, глубокий, с ноткой желания.
— Останешься на ночь? — спросил он, голос его был низким и тёплым, будто касался души.
Селина не ответила словами. Она просто встала, взяла его за руку и повела внутрь дома.
Дверь спальни мягко закрылась за ними. Свет заката всё ещё струился в окна, золотя стены и пол. Селина стояла спиной к Аэрону, чувствуя его дыхание у себя на затылке. Он не спешил. Его ладони мягко скользнули по её плечам, затем — ниже, охватывая её талию.
Селина повернулась к нему. Их взгляды встретились. В его глазах было что-то невыразимо глубокое — желание, страх потерять, и невероятная нежность. Он потянулся к ней, и их губы встретились в поцелуе — неторопливом, ласковом, но с нарастающим жаром.
Их одежда исчезала между поцелуями и прикосновениями, как будто растворялась в жарком воздухе. Селина дрожала под его руками, но не от страха — от ощущения, что каждое прикосновение было как дыхание жизни.
Аэрон осторожно уложил её на постель, смотрел на неё долго — как на чудо, которое боялся разрушить. Его пальцы скользили по её коже, вырисовывая каждую линию — от плеч до изгиба талии, от щёк до ключиц.
Селина отвечала на каждый его жест, чувствуя, как исчезает всё — мир, время, сомнения. Был только он. Его дыхание, его руки, его голос, шепчущий её имя.
— Я не отпущу тебя, — шепнул он, касаясь её лба своим. — Никогда.
И она почувствовала, как эти слова глубоко входят в неё. Как будто заполняют пустоту, о которой она и не подозревала. Он был не просто любовником. Он был кем-то, кто знал её глубже, чем она сама.
Эта ночь была не только страстью — она стала обещанием. Неосознанным, но очень настоящим. Их тела говорили то, что невозможно было выразить словами: ты — моя.
Утро пришло слишком быстро.
Селена лежала на его груди. Он гладил её волосы, молча.
— Мне нужно ехать… работа, — прошептала она, поднимая взгляд.
— Я отвезу тебя, — сказал он и поцеловал её в висок. — Но знай… я не перестану ждать вечера. И каждого следующего.
Когда он подвёз её к офису, Селена вышла из машины, но не спешила уходить.
— До вечера, — сказал он, не сводя с неё взгляда.
— Я буду ждать, — ответила она.
Время текло, будто растворяясь в объятиях вечеров на берегу. Встречи с Аэроном становились не просто частью жизни Селены — они стали самой её жизнью. Утро начиналось с его поцелуя, день проходил в ожидании его взгляда, а ночь — в его объятиях, где всё остальное переставало иметь значение.
Она не заметила, как вещи из квартиры стали постепенно перекочёвывать в домик у залива. Сначала — книги, затем — любимая чашка, её плед, украшения в ванной. А потом — она сама. Без решений, без списков — просто переехала, как в тихую гавань, где было тепло и спокойно.
Прошло лето. За ним — и осень, крася листву в золото. Жизнь шла своим чередом. Лейла, наблюдая за счастьем подруги, не могла сдержать своего язвительного, но доброго интереса.
— Ну и когда у вас уже свадьба? — в очередной раз спросила она, поднимая бровь и с хитрой улыбкой глядя на Селину. — Или ждёте, когда по морю белый парус приплывёт?
— Не смеши, — засмеялась Селина, пряча лицо за чашкой кофе. — Всё будет. Когда-нибудь.