— Я помогу вам донести, — предложил он без тени колебаний.
Селена немного удивилась, но кивнула. — Спасибо. Это очень любезно.
Они вошли в подъезд, лифт с лёгким дрожанием доставил их на второй этаж. Подойдя к двери квартиры, Селена замерла. Сердце сжалось от боли и тоски. Два года назад за этой дверью они с Лейлой смеялись, пили кофе, обсуждали фильмы, мечтали о поездках. Теперь же её встречала только тишина и пыль.
Постояв немного, она глубоко вдохнула и вставила ключ. Дверь скрипнула, как будто с трудом поддаваясь, и открылась. Селена шагнула внутрь — воздух был застоявшимся, пахло временем и памятью.
— Проходите, — сказала она, глядя на Марка.
Он вошёл следом, с коробками в руках, и последовал за ней через коридор. — Поставьте их, пожалуйста, в зале на диван. Я позже ими займусь.
Марк кивнул, ушёл в комнату и через минуту вернулся, вытирая руки о джинсы. — Знаете, я бы не отказался от чашки чая. Честно сказать, немного проголодался, пока таскал коробки.
Селена грустно улыбнулась, качая головой. — Меня не было здесь больше двух лет… Вряд ли тут осталось что-то съедобное.
— Ничего, — бодро ответил Марк. — Я тут, когда мы ехали, видел небольшую лавочку за углом. Быстро сбегаю туда, куплю чего-нибудь. А вы пока чайник поставьте.
Прежде чем она успела что-то ответить, он уже вышел за дверь. Селена осталась одна. Тишина накрыла квартиру, и в этой тишине будто ожили тени прошлого.
Она подошла к кухонной плите, взяла чайник. Руки слегка дрожали. — Лейла, — прошептала она едва слышно. — Ты ведь тоже когда-то ставила здесь чайник…
Звук набирающейся воды вернул её к реальности. Селена включила плиту и поставила чайник, глядя, как на старом коврике пляшет солнечный отблеск из окна.
Вскоре входная дверь тихо скрипнула, и в квартиру снова вошёл Марк. В руках у него были два бумажных пакета, из которых доносились тёплые, аппетитные ароматы.
— Я нашёл неплохую забегаловку неподалёку, — сказал он с довольным видом. — Вот, принес немного гамбургеров, пару шоколадок и... яблочный пирог. Кажется, именно он был на витрине самым тёплым.
Он поставил пакеты на кухонный стол, вытащил упаковки и весело добавил: — Предлагаю отпраздновать ваше возвращение.
Селена, растроганная его заботой, улыбнулась: — Спасибо вам, Марк. Вы даже не представляете, как это важно для меня сейчас.
Они уселись на кухне, за круглым столом, который до сих пор хранил отпечатки прежних разговоров и утренних завтраков с Лейлой. Чайник давно вскипел, и вскоре чай наполнил комнату мягким ароматом. Селена разложила шоколад и пирог, Марк подал гамбургеры, и они ели, как старые добрые друзья, будто не встретились всего пару часов назад.
Марк оказался лёгким в общении. Он рассказывал забавные истории о работе в офисе, о том, как случайно перепутал служебный автомобиль с машиной клиента, и как однажды потерял обувь, спасая котёнка с дерева. Селена смеялась — искренне, легко, и впервые за долгое время не чувствовала тяжести на сердце. Его тепло и открытость словно растопили в ней ледяной ком одиночества.
Когда они закончили, Марк взглянул на часы, вздохнул и встал.
— Мне пора. Но прежде… — он достал телефон, разблокировал экран и протянул ей. — Давайте запишу вам свой номер. Мало ли, помощь понадобится… или, может, соскучитесь. Звоните в любое время. Я не пропаду.
Селена взяла телефон, внесла номер и снова улыбнулась: — Спасибо, Марк. Я правда очень рада, что вы сегодня со мной были.
Он пожал ей руку, крепко, тепло, заглянул в глаза: — Берегите себя, Селена. Мы ещё обязательно увидимся.
Она проводила его до двери, дождалась, пока он скроется за лестничным пролётом, и тихо закрыла замок. В коридоре повисла тишина. Селена прислонилась к двери на секунду, задержала дыхание… а потом повернулась и направилась в зал, где на диване стояли три коробки.
Они ждали её, как хранители тайн, как шкатулки с прошлыми жизнями. Возможно, в одной из них — воспоминания, ответы, подсказки… или даже новая боль. Но она была готова. Селена опустилась на колени у первой коробки и медленно приподняла крышку, впуская прошлое обратно в свою жизнь.
в нос ей тут же ударил знакомый, почти забытый запах — смесь бумаги, духов Лейлы и слегка выветрившегося кофе. Она медленно стала перекладывать содержимое: тетради, в которых остались наброски будущих проектов, блокноты, исписанные мелким разборчивым почерком, ручки, карандаши, несколько папок с распечатками. Потом — фотографии. Маленькие снимки в рамках, те самые, что раньше стояли на их рабочих столах. Вот Лейла в солнечных очках, смеётся, держа в руках мороженое. А вот они вместе, на корпоративе, с бумажными шапочками на головах. Улыбки, свет, молодость.