Свет, пляж, ветер в волосах. Смех. Селина и Лейла, обе счастливые, смеющиеся, босиком по песку. Селена вглядывалась в собственные глаза на снимках — они были живые, наполненные. А сейчас — тяжёлые, затуманенные.
Следующее фото: уютный домик на фоне моря. Она прищурилась: это и есть тот дом?
С каждым новым снимком в груди становилось всё теснее. Сердце будто сжималось, жалобно стонало. Столько эмоций, воспоминаний, застывших в пикселях.
Оторвавшись от телефона, Селена встала, прошла в гостиную и достала из сумочки листок. Адрес, который дала ей Эвелин. Неровный почерк, чуть размазанные чернила. Но это была зацепка.
Она знала: нужно ехать туда. Посмотреть. Почувствовать. Может быть, вспомнить.
Она быстро привела себя в порядок, переоделась, причесалась. Телефон Лейлы положила в свою сумку. Ещё раз проверила адрес, открыла приложение такси и вызвала машину.
Через пятнадцать минут она уже ехала сквозь пробуждающийся город. Летнее солнце ласково скользило по окнам, а внутри — холод, неуверенность и тихая надежда.
Ответы ждут. Где-то там. В доме у моря.
Селена смотрела в окно такси, погружённая в свои мысли. Дорога, дома, редкие прохожие — всё проплывало мимо, как незначительные детали, не зацепившие сознание. Она не заметила, как машина остановилась, пока не услышала голос водителя.
— Вы уверены, что вам именно сюда? — спросил он, оборачиваясь. Это был мужчина лет сорока, с внимательным взглядом.
Селена очнулась, посмотрела на домики впереди, на тропинку, ведущую к морю.
— Да… наверное, — ответила она, чувствуя, как сердце вдруг ускорило ритм.
— Я привёз вас точно по указанному адресу, — подтвердил он, чуть нахмурившись.
— Спасибо… — тихо произнесла Селена и открыла дверцу.
Она вышла из машины, вдохнула морской воздух. Ноги будто сами понесли её по узкой тропинке, петлявшей между сосен и зарослей трав. Она не помнила дорогу, но шаги были уверенными — словно её тело само знало, куда идти. С каждым шагом волнение нарастало, грудь сжималась, как перед чем-то очень важным… страшным… неотвратимым.
И вот, тропинка кончилась. Перед ней открылся берег. Там, где в памяти стоял уютный домик, теперь была только обугленная земля. Пепелище. Место, на котором когда-то звучал смех и щебетала чайка, теперь было безмолвным.
Только ветер лениво шевелил сухие травы. Вдалеке плескались волны. Остальное — тишина и пустота.
Селена подошла медленно, как под гипнозом. На месте бывшего крыльца валялась почерневшая балка. Она присела, дрожащими пальцами коснулась её. Бугристая, закопчённая, она пахла гарью и временем.
И в этот миг — всё нахлынуло.
Воспоминания прорвались бурей, как сорвавшийся ураган, сминая и разворачивая в голове десятки картин.
Смех Лейлы, босая, бегущая по песку. Прохладный ветер, щекочущий кожу — уже осень. Они сидят вдвоём на террасе, закутавшись в пледы. Пар от чашек с чаем. Сладкий запах вафель. Небо, полное звёзд. Шепот. Улыбки. Свет фонаря у двери. Сон… тот самый сон, что мучил её всё это время.
— Аэрон… — вырвалось у неё. — Где ты?
Голос дрожал. Слёзы выступили в уголках глаз и покатились вниз, не останавливаясь.
— Ты… ты оставил меня? Забыл? Ты отдал меня им… этим… этим вампирам?
Она сжалась, прижала ладони к груди, как будто пыталась удержать боль, которая рвала сердце на части.
— Ответь мне, Аэрон… — прошептала она. — Где ты?..
И в этот момент — тихо, почти неразличимо, у самого уха —
— Я здесь… Я рядом… Я всегда был рядом.
Селена замерла. Сердце застыло, перестав биться на секунду.
Она медленно, почти боясь надеяться, обернулась — и в тот же миг оказалась в объятиях.
Крепкие руки, родной запах. Он. Аэрон.
Она уткнулась лицом в его грудь и расплакалась. Слёзы лились, как из сломавшейся плотины. Всё — боль, страх, потеря, отчаяние — выливалось наружу, пока он просто держал её. Молча. Уверенно. Словно хотел сказать: "Теперь всё хорошо."
Наконец, когда последние слёзы тихо скатились по щекам и высохли, Аэрон немного отстранился, чтобы заглянуть ей в глаза. Его взгляд был тёплым, полным заботы и боли, которую он, казалось, носил вместе с ней всё это время.
— Всё хорошо, милая. Всё хорошо, — тихо произнёс он, нежно коснувшись её щеки.
Селена смотрела на него, всё ещё не веря, что он здесь, перед ней — настоящий, живой. Её губы дрогнули.
— Я… Я так испугалась тогда, в тот вечер… — её голос был слабым, едва слышным. — Я увидела Лейлу… мёртвой, лежащей на полу… А потом… этот вампир… он вцепился мне в шею… Я звала тебя, Аэрон… Я кричала… А они… они смеялись.
Лицо Аэрона напряглось. Он сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев.