Воины крепости стояли у бойниц с луками наготове, четыре самострела возле Часовой башни нацелились в небо стрелами длиной в человеческий рост. Сегдетское войско волновалось на равнине, там вились красно-золотые флажки и разъезжали всадники на рыжих ящерах.
Старшина Панар прошел по обходному пути к воротам и остановился над площадью, держась за перила. Рядом встали Дольт, младшие командиры и Сольгейн, Гинат пристроился за их спинами.
- Слушайте меня все! – загремел Панар, будто на поле боя. - Вы все читали сегдетские листки. Сегдет хочет получить меня, за что обещают жителям крепости избавление от неизвестно какого наказания. Сейчас я получил и другое письмо – от нашего командующего Гошара. Войско Пилея идет к нам, и будет в Межгорье через два дня. В крепости есть запасы еды на неделю, есть своя вода из источников под горой…
- Но если пишут, значит, могут наказать, и драконы прилетят, и мы все погибнем! – жалобно проговорил счетовод Гинат. – А так хоть осаду снимут!
Толпа загудела, люди переговаривались, спорили и кричали. Почему молчит помощник Дольт? Надо убедить людей, что верить письмам врага нельзя!
- Послушайте, люди! - крикнул Сольгейн, пытаясь перекричать шум толпы. – Кто вам сказал, что Сегдет снимет осаду? В листках об этом ни слова! Никто не помешает Сегдету, получив старшину Панара, прислать десяток наемников-драконов и сжечь крепость!
Толпа зашумела еще громче. Драконов-наемников боялись все – не ведя своих собственных войн, королевство драконов с охотой отправляло своих грозных воинов служить по найму и имело от этого солидный доход.
- Со старшиной или без, мы победим! – загремел во весь голос Дольт. - Не родились еще такие драконы и такие сегдетцы, от которых не отобьется Межгорская крепость!
- Тихо, не кричи! - громыхнул в ответ старшина Панар. - Сейчас надо решать. Я стар, я всю жизнь на войне, бояться мне уже нечего. Воля ваша, люди: либо я пойду и сдамся сегдетцам, если вы так решите, либо мы вместе отстоим Межгорскую крепость!
Старшина отошел к стене башни, а от крика толпы у Сольгейна заложило уши.
- Не отдадим! Не сдадимся! Говори, что делать, старшина Панар!
- А ну, поднимите руки, кто хочет, чтобы Панар сдался! – прокричал помощник Дольт. В толпе мелькнуло несколько рук, но тут же исчезли.
- А теперь, кто может простоять еще два дня! - снова крикнул Дольт. Жители крепости воодушевленно замахали руками, всем своим видом желая показать преданность и храбрость. Панар снова подошел к перилам мостков, а счетовод Гинат скользнул к лестнице.
- Бери всех нас в войско, Панар! Защищаться от драконов мы умеем, кузнецы у нас есть, плотники есть, черный чешуйник тоже имеется! - крикнул снизу лохматый и бородатый горожанин в кожаном фартуке, должно быть, кузнец.
- Тогда за дело! Идите по домам, детей и стариков не выпускайте на улицу. У кого подвалы есть, прячьтесь в них, когда явятся драконы. Ты, кузнец Костан, поднимись сюда. А ты, Дольт, отбери десять бойцов.
Лохматый кузнец вошел в башню и через мгновение был рядом со старшиной и Сольгейном.
- Ты, Костан, дай этим десятерым топоры и пилы, сколько есть у тебя на продажу, а сам бери подмастерьев и разбирай навес обходного пути там, где будут костры.
Старшина повернулся к Сольгейну.
- Ты, ученый брат, возьми с собой Веранка и этих бойцов с топорами, ищите черный чешуйник не моложе пятнадцати лет. Входите в любой сад, рубите ветки не меньше, чем в руку толщиной, и пусть ребята их тащат на стены.
В следующие два часа Сольгейн забыл обо всем. Перед глазами мелькали высокие чешуйники, покрытые черной корой и толстыми чешуйками-листьями. Сольгейн выбирал деревья, бойцы рубили ветки, летун Веранк пилил верхушки, а хозяева выносили их на улицу. По всей крепости гремели засовы, разносился горький запах чешуйника и катались в дорожной пыли черные круглые шишки. Бойцы тащили ветки чешуйника на обходной путь, складывали из них костры, а кузнец Костан с подмастерьями разбирали каменные плашки навеса над ними.
К четвертому часу вечера все было готово, кучи веток чернели на фоне закатного неба. Все, от дозорного на башне до кузнеца, то и дело поглядывали в небо, но драконы не появлялись. Кашевар вывез на тележке большой котел с кашей и принялся наливать ее половником в подставленные миски и котелки. Сольгейн и Веранк получили свою долю в котелок летуна, но не успели они доесть, как что-то сверкнуло в небе, будто молния.