— Ну-ну, не надо так плакать! Не из-за чего так убиваться, это ещё не беда, — я погладила Янку по голове, нежно проведя по шикарным волнистым волосам. Даже в горе она была прекрасна. Не знаю, сколько мы так лежали, я забралась к ней на кровать и пристроилась с боку. Я успела задремать рядом с тёплым бочком сестрёнки. Устав реветь и вообще горевать, Янка рывком села на кровати, едва меня не скинула, я же была с краю. Янка задорно тряхнула спутавшимися давно не чёсанными кудряшками, те моментально приняли вид благородных локонов и рассыпались водопадом по её плечам. Ещё подфыркивая, сестрица гневно выпалила:
— Сашка — козёл! Он даже не удосужился позвонить и лично мне сказать! Этот мерзавец отбил мне элементарную эсэмэску!
— И что написал Сашка-козёл в этой эсэмэске? — Не на шутку заинтересовалась я. Я не имею права лезть в личную жизнь сестры, но знать-то я могу обстоятельства этой самой личной жизни?
— Написал, что мы с ним больше не увидимся, — тихо сказала, почти прошептала Янка. Даже в сумерках белой ночи мне было видно, что ей обидно. Парень бросил, и кого бросил — её, умницу и красавицу! Обычно она парнями вертела, как хотела. И вдвойне обидно, что парень бросил Янку не лично, а по телефону, да и-то короткой фразой в виде записки. Наглость неслыханная!
— А с виду таким приличным человеком казался! Я в шоке, — я сделала ещё одну попытку утешить сестрёнку.
— Да уж приличный! Приличные так не поступают! Написал мне коротко и ясно: «между нами всё кончено, мы больше не увидимся». И смайлик грустный, гад поставил, — Янка еле сдерживалась, чтобы не высказаться непечатными грубыми словами. Вдох-выдох, сдержалась. И не мудрено — она же истинная леди!
— С ним всё предельно ясно. А ты что сделала? — спросила я больше для проформы, истинная леди не могла себе позволить ярко проявлять собственные чувства типа, врезать наглецу в морду со всей дури.
— Я снова позвонила ему, а он трубку не взял. Тогда я поехала к нему на квартиру, а там тихо и нет никого. Бабка соседка выглянула на лестничную площадку и заявила, что Сашку увезли родители. А ещё бабка смотрела на меня, как на проститутку. Я невеста, а не проститутка! А она ещё сказала, что шастают тут всякие!
— Маменькин сынок, ёлки-моталки! А с другой стороны, это и хорошо, что так получилось. На кой-ляд тебе этот мямля? — я пыталась рассуждать логично.
— Что ж тут хорошего? — изумилась Янка вполне искренно. — Я осталась одна! Кого я теперь папе с мамой покажу? Кого повезу на знаменитый семейный пикник?
— Ой насмешила! Найдёшь ты ещё себе парня. Вон ты у нас какая красавица, — сказать-то я так сказала, но перед зеркалом я бы сейчас сестрицу не поставила, ни к чему это было сейчас. Сейчас, если по честному, то личико выглядело не совсем свежим, сильно опухшим и красным от слёз, в целом не лучшим образом. Вот отдохнёт, подкрасится, носик припудрит, улыбнётся где-нибудь в общественном месте, только не в туалете разумеется, и за собой точно мужика притащит. Будет очередной обожатель.
— А родителям что скажем? — жалобно пропищала Янка. Всё-таки без меня она мало что способна решить.
— Да скажем, что смотрины жениха переносятся по причине… По какой причине жених не может добраться до родителей невесты? Ага, парень укатил в срочную командировку. Вот пусть там и побудет некоторое время, — закончила я свои умозаключения.
— Я не против командировки, — Янка снова всхлипнула, но быстро успокоилась. Умная девочка.
За открытым окном, продираясь через наглухо задёрнутые шторы, вместе с порывом свежего ночного воздуха совершенно отчётливо долетел перезвон проезжающего мимо трамвая, который отчаянно скрежетал на повороте. Господи, какой трамвай? В нашем заштатном городке отродясь не водились трамваи и наверное, их здесь никогда и не будет. Кто же запустит трамвайную линию в таком маленьком неперспективном городке?
— Янка, ты тоже слышишь звон трамвая? — Я посмотрела на сестру, а та уже десятый сон видела да и уже, наверное, каталась сейчас на том трамвае. Когда-нибудь лет этак через сто под окном этого дома будут пролётывать бесшумные и вовсе не бензиновые аэробусы с весёлыми беззаботными пассажирами внутри. Жаль только, что меня уже не будет на этом свете. Или я буду, но только совсем-совсем дряхлая? Совершенно аморфная и безвольная я еле доплелась до своей постели, пала на неё и тут же уснула, как в омут провалилась.
Следующая рабочая смена была ознаменована грандиознейшим событием. Наконец и мне улыбнулось счастье. Я познакомилась с парнем, и он обратил на меня внимание. Это ценно. Я часто знакомлюсь, место работы знаете ли располагает. Знакомлюсь часто, но меня словно не замечают, словно я какая-то другая. А чем я отличаюсь от остальных девчонок? Да вроде, ничем. Я кажется не совсем уж страшненькая, и поначалу молодые люди на меня смотрят с любопытством, а проходит немного времени, и парни словно начинают неловко себя чувствовать в моём присутствии, даже словно меня опасаться начинают.