— Рей…
В этот момент мы оба опустили взгляд на мой живот и увидели, как чистейшее белое платье окрасилось кровью, моей кровью. На моих пальцах, которые я приложила к ране тоже была кровь. Ноги окончательно перестали меня слушаться, и я стала оседать на лестницу. В этот момент Рейгар подхватил меня. Он что-то кричал, кого-то звал, а у меня словно заложило уши. Я увидела над собой темное небо, яркие звезды, мысли в этот момент в голове словно замедлились. Я подумала о том, что была полной дурой, когда столько времени мучила нас обоих. Мы потеряли столько времени, когда могли просто наслаждаться друг другом. Если бы я только знала, что мне уготовано умереть от пули на ступеньках театра на руках любимого, я бы давно забыла весь негатив. Я поймала взглядом его испуганный взгляд.
— П-прости меня…, — тихо выдавила я. — Я тебя очень люблю.
Впервые я сказала это вслух.
— Так жаль, что мы не сказали этого тогда на Эйфелевой башне. Мне бы так хотелось еще раз увидеть с тобой Париж…
— Мы еще полетим туда. Все будет хорошо, — впервые я видела, как он плачет.
Рейгар снова и снова кричал подбежавшим мужчинам, чтобы они вызвали скорую. Наверное, это были его люди…
— Я… я… мне холодно, — тихо сказала я. — Мне страшно.
— Все будет хорошо. Ты только не закрывай глаза. Все будет хорошо, — твердил он, как заведенный.
Я не верила ему. Я понимала, что умираю, что скорая может застрять по дороге в пробке, что они могут не успеть.
— Я тебя… люблю, — успела сказать я, прежде чем меня поглотила темнота.
Глава 103
Рейгар
Я сделал это и если сначала были сомнения, то стоило увидеть Ариэль, как я точно понял, что сделал точно все правильно. Я увидел ее благосклонность, но она и не упускала шанса покапризничать. Моя маленькая заноза. Когда мы поехали покупать платье, я точно знал, куда повезу ее. Я ведь возил ее туда неоднократно как водитель, сейчас как мужчина, который готов ее обеспечить и купить любое платье, на которое у нее загорятся глаза. Так и произошло. Мы купили все, что нужно. А уже в машине, увидев ее довольную улыбку, я стал улыбаться еще больше. Она сияла, она была так довольна, что мне хотелось скупить ей все платья мира, лишь бы она чаще так улыбалась. Ари любит деньги, но судя по ее обиде, несмотря на это, кажется она готова была и за бедным мной последовать куда угодно. Черт, я ведь просто не успел сказать ей сам.
Я нервничал перед выходом как никогда. Теперь все иначе и мне хочется, чтобы все было идеально. Так и было. Хороший спектакль, атмосфера, моя Ариэль рядом. Что могло пойти не так? Все было настолько хорошо, что я был уверен, что сегодня получу самый сладкий поцелуй за последнее время. Мы уже выходили из театра, я был счастлив, держал Ари за талию. Все произошло так быстро, я ничего не успел понять, как ноги Ариэль подкосились, и она буквально повисла на моих руках. Я в шоке смотрел на все это, придерживая ее, а когда увидел кровь на белоснежном платье, у меня невольно в глазах появились слезы. Нет-нет-нет…
— Вызовите скорую!!! — я кричал во все горло, не зная что еще я могу сделать. — Ари, нет… нет…
Я сидел на бетонном полу, держа ее за руку. Кровавое пятно еще больше распространялось в области живота.
— Скорую вызовите!!! — снова крик отчаяния, срывающийся и обрывающийся в конце.
Она призналась мне в любви. Сейчас, словно это прощание. Нет, она не смеет так говорить, она выживет, я отвезу ее в Париж и скажу ей все там и не один раз! Я боялся пошевелиться, ведь пуля может пойти дальше. Я положил руку на ее ранение, пытаясь остановить кровотечение. Сердце билось так сильно, что удары заглушали весь крик, который был вокруг нас. Я даже не услышал сирену скорой помощи.
— Все будет хорошо. Ты только не закрывай глаза. Все будет хорошо
Ари еще раз призналась мне в любви и я не в силах больше сдерживаться, прокричал, отчаянно плача:
— Я тоже люблю тебя, я люблю тебя больше всего на свете, пожалуйста только не оставляй меня!!! Ари!
Нет, все не может так случиться, я не могу потерять ее, когда только вновь обрел. Нет, судьба не может так надо мной издеваться. Слезы градом лились из глаз, руки тряслись, да еще и были все в крови, в крови моей любимой женщины. Это был самый страшный день в моей жизни. Лишь когда приехала скорая, я смог взять себя в руки, но вместо того, чтобы как-то помочь, я лишь кричал, что они обязаны спасти ее, они должны! Я то и дело плакал, в отчаянии, в панике. Меня не пустили в карету скорой, но я быстро сел в машину охраны, которая, как и я не ожидала нападения тогда, когда вокруг будем все мы, да еще и куча людей. Я смотрел в одну точку, продолжая плакать, рукой держась за шею, которую будто бы стянуло тисками. Мои руки в крови, я сам в ее крови. Мы ехали прямо за каретой скорой помощи, и когда ее укладывали на каталку я был рядом, лишь мельком успел коснуться ее руки.