— Просканировать преследователей на предмет наличия боевых систем, — приказал я корабельному ИскИну, устраиваясь в капитанском ложементе.
За спиной появился старпом.
— У нас проблемы?
— Боевых систем не обнаружено, — сообщил корабельный ИскИн. — Зафиксировано несколько единиц личного оружия.
— Передай на общей волне — дальнейшее сближение буду считать нападением на яхту.
— Готовь своих людей, — обернулся я к старпому. — Похоже, эти просто так не отстанут.
— С ума они там все посходили? Не видят на кого прут?
— Вполне может быть, что именно ясности ума им сейчас и не хватает…
— Считаешь, что они там все под дурью?
— Я бы на их месте прежде поостерегся, но сам видишь…
Тем временем на ближайшей к нам яхте, что-то сверкнуло в наш борт впечаталась какая-то жутко вонючая слизистая дрянь. Вот тебе и отсутствие боевых систем! Даже до рубки докатилась волна зловоний.
— Активировать пусковую дронов! Боевое снаряжение ЭМИ-заряд! Два дрона, цели одиночные! Залп!
Из носовой пусковой установки выскочило два одноразовых дрона и не набирая высоты ринулись каждый в свою сторону. Пара мгновений и над рубками преследовавших нас яхт сверкнули молнии — направленные электромагнитные импульсы выжгли управляющие контуры. Кораблики тут же начали терять ход.
— Стоп машина! Десантным партиям покинуть борт!
Получив разрешение, на палубе появились ремонтные дроиды, тут же принявшиеся зачищать зловонные грязевые разводы. Пассажиры не рискнули выходить на открытую палубу и с интересом наблюдали за происходящим через панорамное остекление.
Примерно через час к нам подошёл корабль береговой охраны и взял на буксир вышедшие из строя яхты, а захваченные команды были переправлены на его борт. Моя догадка оказалась верна — почти все оказались под градусом или воздействием слабых наркотиков. Передав в руки следственной комиссии необходимые данные, зафиксированные нашими средствами контроля, продолжили движение по курсу.
— Достойно! Весьма достойно! — поднял бокал вина тан Гай Рид на вечерних посиделках, организованных, как он выразился, в честь блестящей победы.
— Мой муж просил вам передать своё глубочайшее почтение, — добавила тана Элиз.
Молодой Уосли предпочёл промолчать и отделался полукивком, как бы соглашаясь с родственниками. Тана Эната осталась в своём образе, предпочитая не замечать меня.
— Не стоит любезностей — это всего лишь моя работа, — не стал я распинаться с ответным тостом.
На этот раз общение прошло в более тёплой обстановке, но несмотря на это своё присутствие на палубе владельца решил ограничить. Тяжело видеть, как сидящие рядом с тобой разумные пытаются изображать из себя тех, кем не являются в принципе, при этом покровительственно похлопывая тебя по плечу. Мне эти представления ни к чему. Единственно кто не кривлялся за столом, так это Эната и я ей за это был благодарен, но лишь до поры, до времени.
— Что будете делать с захваченными призами — продадите или потребуете отступные? — поинтересовался тан Гай.
— Меня вполне удовлетворили отступные, — кивнул я ему в ответ (по 150 тысяч с каждой яхты действительно неплохая сумма). — К тому же, владельцы яхт, должны мне услугу.
Среди местного сообщества довольно распространённое явление. Причём, чем выше положение задолжавшего услугу, тем весомее может быть ответная любезность.
— Нужно было действовать решительнее, а не думать о собственном благополучии, — всё же не сдержалась Эната.
— Прошу простить, мою подругу за несдержанность, — вступился за неё Варик, понимая, что та явно перегнула палку.
— Благодарите судьбу, что мои руки связаны контрактом. Вы слишком много себе позволяете в мой адрес, но контракт не вечен, и я не советую тогда попадаться мне на глаза!
Понятное дело, оставаться в этой компании я больше не мог, несмотря на уговоры старших Уосли.
— Да что он может мне сделать? — усмехнулась Эната мне в спину.
— Дура! — не сдержалась тана Элиз. — Тебе-то может и ничего, а моего сына или тана Гая он может вызвать на дуэль и будет в своём праве!
— Ну, если дойдёт до этого, то мне особо опасаться нечего, — недовольно скривился Гай. — Староват я уже для дуэлей. Выставлю вместо себя бретёра, всего-то и делов. Что же касается племянника, то такой номер у него не пройдёт — свои же засмеют!
— Вы считаете, что боевой офицер не сможет постоять за себя? — возмутился Варик.