— Моя главная задача — заботиться о своих людях.
— И много у тебя людей?
— Теперь уже триста человек. Было больше.
Часть 47
— Ты представляешь, сколько раз надо будет туда-сюда мотануться, чтобы всех перевезти по два человека?
— Больше ста раз.
— А сколько времени это займет?
— С каких это пор странников стало беспокоить чужое время?
Гарик хмыкнул и пожал плечами.
Я задумался над словами Песта. Благо парням не пришло в голову начать объяснять про то, что переходы работают только в одну сторону. Во всяком случае, те, которые нам удалось застать. Может, были и какие-то другие, но мы этого не знали.
Что ж, Великий Конь выбрал максимально верное решение, если следовать его логике. Зачем пытаться договариваться, когда столкновение давно назрело и стало неизбежным? Любые дипломатические хитрости — всего лишь отсрочка. Так что подобное решение имело право на жизнь. И, наверное, мы действительно могли помочь ему с этим, но вот только одна беда. Переходы — это не калитки в заборе, через которые можно шастать туда-сюда.
«Если бы это было так, мы бы давно оказались дома, — подумал я. — Что за сучий расклад? Как только возникает возможность реально кому-то помочь, так это оказывается невозможным, потому что так не работает…»
— Есть пожелания к иному миру? — участливо осведомился Гарик.
— Да, — Пасид внезапно улыбнулся. — Вода. Никаких пустошей. Дальше мы сами разберемся.
— А если кланы нападут до того, как мы всех перевезем?
— Кланы неизбежно нападут раньше, без всяких если, — лицо Великого Коня обрело прежнее выражение. — Мы должны добраться до подготовленных укреплений. Там Красные Кони будут держать оборону, сколько смогут, пока вы займетесь перевозкой людей.
— Звучит логично, — кивнул Мезенцев, и голос его звучал максимально убедительно, несмотря на принятую бормотуху. — Есть только небольшая корректировка.
— Какая?
— Переход между мирами не открывается, где нам вздумается. До него еще надо добраться.
— Старики говорят, что это не так.
— Ну, они правильно говорят. Это наши начальники так могут. Мы их кустосами называем. У них оборудование лучше. А мы, говорю же, третий день в должности. Или четвертый? Что-то я сбился со счета. В общем, нам такие штуки не положены.
Красные Кони, внимательно слушавшие всё это время, переступили с ноги на ногу и переглянулись. Пасид задумчиво потер подбородок.
— Не проблема, — кивнул он. — Вернемся домой и организуем исход. Сколько это займет времени?
— В десять часов уложимся, — долетел из-за спины голос бородатого оружейника.
— Ну, так что, странники? Каков ваш ответ?
— Наш ответ очевиден, — покачнувшись, хихикнул Гарик. — Сделаем так, как предложил Великий Конь! Будто у нас выбор есть.
Вовка кивнул. Я попытался изобразить жест, выражающий согласие. Конечно, каждый из нас понимал, что план этот хорош только в голове Пасида. Это логично, ведь он многого не знал. Например, того, что медальоны уже давно указывали новый путь, и что мы понятия не имеем, как гонять через один портал туда-сюда. Но нам всем хватило мозгов тихо помалкивать на эту тему.
— Наша машина и Нат, — заявил Гарик, — они не должны пострадать.
Я удивился тому, как Мезенцев быстро сделал равнозначными брюнетку и Боливара в своей системе ценностей. Впрочем, учитывая выпитую бормотуху, Игорь еще на удивление стройно излагал мысли.
— Нат?
— Девушка, которую Тохан спас. Монстр, которого в Раухаше порывались казнить.
— Великий Конь гарантирует безопасность вашей подруги и сохранность машины, — кивнул Пест. — Еще что-то?
— Да, пожрать чего-нибудь и попить, — улыбнулся Гарик. — Каждому. Каждому из нас пожрать и попить.
— Грузите их, — распорядился старший Пест. — И готовьтесь выдвигаться. Надо вернуться домой как можно скорее.
— По темноте пойдем? — уточнил оружейник.
Великий Конь молча кивнул, после чего развернулся и зашагал прочь.
Глава 12. Каждый сам за себя
Нас без лишних церемоний закинули в походный «Урал» Красных Коней. Очевидно, что с дисциплиной в клане всё же имелись некоторые затруднения, потому что мы оказались в самой настоящей передвижной тюремной камере. Разделенная пополам кузовная будка имела независимые двери. В то время как за стеной слышались голоса гвардейцев, мы сидели в тесной темной каморке с одним единственным зарешеченным окошком во входной двери. Впрочем, и то демонстративно закрыли с внешней стороны, несмотря на активный протест Безумного Кибера. Зато руки развязали, видимо, не воспринимая нас как источник серьезных проблем.