— Конечно, — кивнул он, выпучив глаза. — Вот мы же все секс любим, а всё равно это самое…
— Да ну тебя, — отмахнулся я.
— А что там за тряпье валяется? — перебил Мезенцев, ткнув пальцем куда-то в сторону небольших холмиков.
Мы повернули головы. Действительно, в нескольких десятках метров от нас, практически сливаясь с мелкой травой, виделся ворох каких-то сваленных в кучу тряпок. Если бы Гарик не указал, то я бы даже не заметил.
— Не знаю, надо посмотреть, — пожал плечами Вишняков и, забрав с капота дробовик, двинулся в сторону тряпья.
Мы последовали за ним.
Подошвы кроссовок шоркали по траве, поднимая облачка пыли.
Как же это всё напоминало Казахстанскую лесостепь!
Такое же горячее вечернее солнце, такие же желтоватые тона. Треск насекомых, утомленных дневной жарой, и приглушенные звуки шагов. Разве что горького запаха полыни не хватало для полного совпадения с картинкой из прошлой жизни.
«И всё-таки мы обязаны вернуться домой, — подумал я. — Что угодно бы отдал за то, чтобы шагать сейчас по пыльной траве вместе с дедом на вечернюю рыбалку… И слушать истории из его комсомольской юности. Чтобы так же грело солнце, стрекотали кузнечики. Торчало всякое тряпье и кости…»
— Чего?! — я мгновенно замер, поняв, что мы приближаемся вовсе не к вороху тряпок.
— Это скелеты, Палыч, — мрачно подытожил Гарик, скидывая с плеча автомат. — Вот мы и нашли владельцев автомобилей. А судя по количеству костей, еще и пассажиров.
— Ох ты ж, ептить! — воскликнул Вишняков глядя на кучу человеческих останков. — Это сколько же они так лежат?
— Давно, — заключил Игорь.
Я перехватил автомат и положил палец на планку переводчика огня. Не знаю, был ли в этом смысл, ведь вокруг нет ни единой живой души, кроме нас. Кроме нас и пожелтевших костей, которые лежали здесь явно не первый год.
— Это что получается? Мы и одного дня не продержались, чтобы в дерьмо не вляпаться? — тихо уточнил я, оглядывая останки.
— Так мы пока и не вляпались, если тебе от этого будет легче, — всё так же мрачно отозвался Гарик, щупая медальон сквозь футболку.
Я подошел поближе и опустился на колено в паре метров от костей.
Было в этом зрелище что-то завораживающее, что не позволяло отвести взгляд, как бы этого ни хотелось. На самом деле это не было так жутко и мерзко, как могло показаться. Люди мертвы очень давно. Одежда истлела, обтянув кости подобно нагретой полиэтиленовой пленке. Часть останков уходила в землю, заметаемая пылью и мелким сором. Настырные стебли травы прорастали сквозь дыры в ветхой одежде, грудные клетки и челюсти с пожелтевшими зубами. Впрочем, стоило оказаться ниже, как я тут же ощутил едкий трупный запах.
— Что же с ними случилось? — озадачился Вишняков.
— А ты как думаешь? — Мезенцев осторожно подошел к останкам и указал стволом автомата на грудную клетку верхнего скелета.
Я тихо выругался. Сквозь обрывки выгоревших тряпок виднелись осколки рёбер, проломленных на уровне сердца. Я поднялся и внимательнее вгляделся в нагромождение костей. Все останки, которые можно было разобрать, имели схожие повреждения, и я прекрасно знал, кто их оставил.
— Лакомились, твари, — злобно протянул Вован.
— Получается, бесы в этом мире уже побывали? — тихо спросил я.
— Мне вообще кажется, что не только побывали, но и переработка тоже постаралась, — заключил Игорь.
— С чего ты взял?
— Я не взял, я предполагаю. Во всяком случае, это объясняет, почему здесь никого нет, и медальон никуда не тянет. Тут мы уже никому не поможем…
— Звучит логично, но не совсем, — возразил я. — Ты забыл про Нат? Она же где-то здесь, и она просила о помощи.
Гарик пристально на меня посмотрел.
Порыв горячего воздуха прошелся по земле, взметнув волну трупного запаха. Я невольно поморщился и поднялся, встретившись взглядом с Вованом. Тот задумчиво смотрел на останки, поправляя подол косухи.
— Думаешь, ее владелец где-то здесь? — спросил я, чтобы переключить внимание от мыслей о девушке.
— Скорее всего, — кивнул он. — Но она же ему больше не нужна, ведь так?
Я тут же вспомнил историю с рисунком мародёра и лишний раз удивился тому, насколько же странное у судьбы чувство юмора.
— Оставь себе, не парься, — успокоил я Бабаха.
— Это, скорее всего, жители того поселка, — заключил Гарик, перестав сверлить меня укоризненным взглядом. — Я не знаю, как именно это произошло, но то, что это были бесы, думаю, ни у кого сомнений не вызывает.