— Отец! — радостно начал Рагат, без лишних слов приближаясь к достархану и плюхаясь на свободную подушку. — Это странники! Самые настоящие! Пришли со стороны Тихих Холмов и с ловчим разделались! Точно гранату метнули, мне бы ни в жизнь так не попасть!
— Так же, как и ни в жизнь ни одно мое поручение не выполнить как надо, — перебил его Пасид сухим и сильным голосом. — Странники, окажите нам честь… — с этими словами он указал на противоположную от себя сторону стола и слегка приподнялся, словно собираясь встать, но передумав.
Окружающие мужчины тут же повторили данный жест, любезно передав несколько цветастых пуфиков, украшенных золотым шнуром. Даже женщины отстранились от пиал и склонили головы в знак приветствия.
— Благодарю, Великий Конь, — ответствовал Гарик, и на какую-то долю секунды мне показалось, что он сейчас засмеется, не сдержавшись от собственного уважительного пафоса. — Мир вашему дому.
Мезенцев изобразил какой-то несуразный поклон и спокойно проследовал к столу. Мы с Вовкой, чтобы не выставлять друга в нелепом виде, повторили жест и последовали за ним. Выглядело это достаточно неловко, но, похоже, никто не собирался делать нам замечаний.
Устраиваясь на пуфике, я ловил на себе множество любопытных взглядов. Но все они достаточно дружелюбные или нейтральные. Никакой неприязни не чувствовалось. Пожалуй, даже наоборот, некое удивление и снисхождение.
Последнее я оправдывал тем, что мы выглядели как откровенные заморыши и были слишком молоды. Вообще, интересно бы узнать, а допустимо ли, чтобы кто-то из местных жителей нашего возраста мог сесть за один стол с Великим Конем Пасидом Пестом?
Устроившись, я бросил быстрый взгляд на Рагата. Тот закусил нижнюю губу и уставился на кипу бумаг перед собой. Он очень сильно старался сделать вид, что слова отца его не задели, но это явно было не так. Я прекрасно понимал это нелепое чувство, когда ты спешишь поделиться какой-то радостной или сокровенной новостью, а тебя быстро и грубо осаживают, при этом успев мимоходом попрекнуть твоей никчемностью.
От воцарившегося молчания стало немного не по себе. Я чувствовал себя рыбкой в банке, на которую все пялятся. Зато Вована, похоже, это нисколечко не смущало. Он по-свойски опустился на предложенный пуфик, как-то особо ловко растопырив в разные стороны шарнирные колени.
Мезенцев же, наоборот, никуда не спешил, устраиваясь особенно неторопливо и внимательно окидывая собравшихся взглядом прищуренных глаз. Несколько длинных светлых прядок отрастающих волос упали ему на нос, и Гарик потратил еще несколько секунд, чтобы не спеша заправить их за уши.
— Вы слишком бледные для странников, — нарушил Великий Конь воцарившуюся тишину. — Там, откуда вы пришли, не светит солнце?
«Еще бы, мы же с Урала», — подумал я и нервно улыбнулся.
— Нам тоже непривычно видеть столь темных людей, — отозвался Игорь.
— Смуглых, — быстро поправил я, стараясь сказать так, чтоб услышал только Мезенцев.
— Смуглых, — повторил Гарик. — Разумеется, смуглых. Солнце у нас бывает, но мы в этот день всегда на работе.
Несколько человек тихо хмыкнули. Похоже, чувство юмора присутствующим не было чуждо, но пока никто не спешил лезть вперед своего лидера.
— Как мне обращаться к странникам? — спросил Великий Конь, никак не прореагировав на шутку.
— Игорь, — Мезенцев положил ладонь на грудь и затем указал на Володьку, — это…
— Кибер, — отозвался Вишняков с невозмутимым выражением лица.
— Тохан, — буркнул я, даже не успев сообразить, что лучше бы сказать Антон.
— Сдается мне, эти скелеты на твоей одежде демонстрируют оскорбительный жест, — тонкие губы Пасида тронула еле заметная улыбка. — Не мне ли он адресован?
Гарик покосился на футболку и улыбнулся в ответ.
— Это боевой жест, призванный оскорблять наших врагов, — ответил он. — Ты же нам не враг?
Я из последних сил старался не смотреть на Мезенцева и делать вид, что всё в порядке, хотя краем глаза видел его выражение лица. Оно было точно таким же, как и тогда около Нязенского дома престарелых, когда нам пытались указывать, что надо делать. К тому же Гарик не выказывал чрезмерно уважительного отношения к Пасиду, сразу же обозначив обращение на ты. Лично я наверняка скатился бы в уважительное вы, что, возможно, не сыграло нам на руку в данной ситуации.
«Давай, Гарик, — мысленно подбодрил его я. — Очевидно, пока всё получается очень складно, здорово сказал! Продолжай в том же духе…»
— Мы все обязаны странникам жизнью, — начал Пасид, — и возможностью сохранить и приумножить жизнь…