— Простите, — я поспешил добавить: — Я не до конца уверен, можно ли отказываться от предложенного напитка…
— Всё в порядке, — кивнула женщина. — Мог оружие у входа оставить, тебе здесь ничего не угрожает.
— Да, я сейчас… — я собрался подняться.
— Да оставь уже здесь, — улыбнулась хозяйка. — Нечего прыгать туда-сюда, набегаешься еще…
Я кивнул и положил «Калашников» на ковер по правую руку от себя.
— Что-то ты какой-то скованный, странник Тохан, — старушка подготовила для себя несколько пуфиков и опустилась напротив, уперевшись спиной в невысокую кровать.
Я улыбнулся и согласно кивнул.
«Так, — принялся рассуждать внутренний голос, — сейчас надо максимально сосредоточится и не сболтнуть лишнего. При этом узнать всё про странников, и где именно состоялась встреча пятьдесят лет назад. Чёрт, самый настоящий тест для мозгов. Надо было всем вместе идти. Гарик бы точно не растерялся. А то сижу тут как дурак. Впрочем, вот и пришла моя очередь для парней полезным оказаться…»
— Меня зовут Разин Ренас, — представилась хозяйка.
Голос ее был сухим, но сильным. Несмотря на то, что говорила она не очень громко, я почему-то был уверен, что она запросто смогла бы перекричать нескольких гомонящих мужчин.
Вообще-то в целом женщину тяжело было назвать старушкой. Я быстро прикинул, что если ей было двадцать два, когда появились странники, а произошло это пятьдесят лет назад, то сейчас ей за семьдесят. Я невольно подумал о том, что было бы здорово, если бы наши старики так выглядели в ее возрасте.
Часть 22
Разин прекрасно ходила и держала осанку. Движения, хоть и медленные, но давались без видимых затруднений. Даже наклониться за пуфиками не составило для нее особого труда. Смуглая кожа лица, еще контрастней оттеняемая белой накидкой, была покрыта сетью мимических морщин. Но, даже учитывая их, я бы не дал ей больше пятидесяти лет. Разве что пальцы давно утратили былую гибкость и начали усыхать, отчего суставы казались неимоверно большими.
Но главное — вовсе не это. Несмотря на возраст, женщина сохранила озорной блеск глаз и сейчас рассматривала меня с каким-то странным выражением. Словно шаманка искала какие-то внешние совпадения с только ей известным образом.
От всего этого стало немного не по себе, и я пригляделся к металлическим побрякушкам, в большом количестве вплетенным в косы Разин.
— Это украшения из прошлой жизни, — пояснила она. — До конца мира стоили огромных денег. Отец на двух работах горбатился, чтобы маме подарить серьги, которые были в три раза меньше, чем вот эти…
Разин ткнула пальцем в косу, и я наконец-то разглядел, что это действительно различные ювелирные побрякушки.
— А теперь вот валяются под обломками зданий, с каждым годом всё глубже и глубже уходя в землю, из которой когда-то и были добыты в виде руды и неограненных минералов, — она задумчиво улыбнулась. — И никому даром не нужны. У нас ребятишки ими играют и куколок наряжают.
— Так это драгоценные камни? — живо поддержал я, раздумывая над тем, как проще перейти к главным вопросам.
— Да. Тут вот изумруды. Рубины. Вот эти, синенькие, сапфиры…
Она продолжила водить пальцем по волосам, указывая на различные изделия. Я же начал думать о том, как направить разговор в нужное мне русло.
— Но ты же не про украшения хочешь спросить? — хмыкнула женщина, хитро на меня посмотрев.
— Да, мы ищем кое-что.
— Точно не пропавшего товарища?
— Ее мы тоже ищем, — начал объяснять я.
И хозяйка тут же меня перебила:
— А, так это женщина…
«Чёрт, Антон, — подумал я. — А как же следить за тем, что говоришь? Впрочем, а что из этого тайну делать?»
Тем временем шаманка Разин прищурилась и улыбнулась еще шире, обнажая ряд желтоватых, но ровных и здоровых зубов.
— Девушка, — уточнила она, понимающе кивая.
— Это важно? — я поинтересовался максимально учтивым тоном.
— Для меня нет, — пожала плечами собеседница. — А ты уж сам решай для себя.
Я неловко улыбнулся в ответ и, поудобней устроившись на пуфике, продолжил:
— Если вы помните странников, можете подсказать, где именно вы с ними пересеклись? В каком месте?