— Как полагаешь, Балто, среди ребят нынешнего потока найдутся смельчаки, которые рискнут сломать традиции и в открытую объявить бойкот вековой вражде?
Услышав это, я приободрился — а почему бы и нет?! Слово там, слово тут, глядишь и задумаются. Тем более, что мой славный общительный Гарри совсем не готов к войне, он приехал сюда учиться, укрощать свою дикую магию, а не воевать с ребятами, вполне возможно, что он захочет пойти наперекор устоявшимся традициям, обломать их и начать межфакультетскую дружбу.
Закончился первый, очень сложный и длинный день, уставший от впечатлений, Гарри переваренной макарониной заполз в постель и застонал облегченно, вытягивая затекшие и гудящие ноги, зарылся поглубже в пуховую подушку и приготовился к нирване. Но у меня с вечера всё зудело, хотелось поделиться своими наблюдениями… И как ни жаль мне было усталого подопечного, отдых я ему обломал. Занудил в черепушку:
— Гарри, а Гарри?
— М-мм… — невнятно промычал тот.
— Я видел, как целовались парень с девушкой, четверокурсники с Когтеврана и Слизерина! — таинственно сообщил я.
Зеленые глаза широко распахнулись, из них пропала сонная одурь, и Гарри рывком сел на кровати. Обалдело и неверяще уставился на меня. Я утвердительно закивал. Рассказал мальчику о своих умозаключениях-предположениях и наблюдал, как разгораются азартным огнем глаза Гарри-полководца, ведущего тысячные армии солдат и рыцарей ко двору короля Дадли. И видел я, как в эту ночь родился лидер, который поведет за собой сплоченный союз волшебников.
Среду пропустим, в этот день совместный урок был только ночью, на Астрономии, а вот в четверг было два занятия Гриффиндора со Слизерином — на уроке Истории и Защите от Темных искусств. Настоящий, всамделишный, живой кентавр произвел на ребят сильное впечатление. Лошадиный корпус был целомудренно накрыт черной попоной с тяжелыми складками и золотым шитьем по подолу, борода расчесана и лежала на груди, блестящие волосы каскадом струились по спине, человеческая часть профессора тоже была затянута в одежду — синяя рубашка и коричневый жилет, на плечи накинута короткая крылатая мантия. О, и на животе ещё виднелась золотая цепочка от часов. Естественно, дети перевлюблялись в столь импозантного профессора!
Класс, в который они вошли, представлял собой соединение стилей в угоду учителю и удобства детей: парты стояли более широко, по залу был очень просторный проход, а учительский угол занимал высокий пюпитр и длинный стол-кафедра, вдоль которого кентавр вполне комфортно разместился. Преподавал профессор Балобан то, что и должно — историю магии. Рассказывал увлеченно и интересно, не загромождая детей датами и военными терминами. Задавал наводящие вопросы, создал нечто вроде исторической викторины, в которую ученики с восторгом включились. Гарри сидел рядом с Драко и ошарашивал его знаниями военного дела, вставляя в речь учителя случайные словечки вроде квадрата, пехоты, кирасиров, гренадеров и прочего.
На уроке Защиты Гарри снова ухитрился сесть с Драко, отчего тот начал нервничать. Впрочем, занервничал и я — от Квиррелла странно пахло смесью чеснока и тухлого мяса, нос-то у меня чувствительный… но вообще-то пахло так сильно, что и дети учуяли неприятные ароматы. У него что, гангрена? Присмотревшись попристальнее к Квирреллу, я понял: не гангрена, хуже — урок вел зомби. То есть не зомби, а зомбированный подселенцем человек, иначе говоря, одержимый. И ведь не сопротивлялся же, а вполне добровольно впустил в себя чей-то дух… Злобный, нехороший дух. И ему было довольно хреново от моего заклятия Пространства, которое изгнало всех привидений. Оно разрывало духа на части, заставляло покинуть замок, убраться прочь на расстояние пушечного выстрела, но в то же время он не мог покинуть тело Квиррелла. Вот и колбасило его с двух горизонтов, вытягивало наружу и гнало вон, но ему, бедняжке, хотелось жить, и он отчаянно цеплялся за носителя. Что-то держало его здесь крепче якорной цепи. Интересно, что?
В пятницу на уроке Зельеварения Драко опять не успел удрать от Поттера, тот его нагнал и примостился рядышком.
— Поттер, ну чего тебе от меня надо?.. — простонал Драко. Ответить Гарри не успел — вошел профессор Снейп и начал знакомство с классом. Дошел до знаменитой фамилии и включил в себе язвительность:
— Гарри Поттер, наша новая знаменитость! — поднял голову, нашел Гарри и осекся — тот сидел рядом с отпрыском семьи Малфой. На его реплику Гарри ответил приветливым и теплым взглядом, сверкнув зелеными глазами за круглыми стеклами очков. Кошмарное сочетание Джеймса Поттера и Лили Эванс… Но эта иллюзия развеялась, когда Гарри заговорил: