Букля в ответ перебралась на жердочку выше.
— Вот! — просиял Хагрид. — Видите?
— Надо же… как интересно! — восхитился Дамблдор. И спросил, поглаживая бороду: — А как мальчик назвал сову?
— Не знаю, сэр, — развел ручищами Хагрид. — Это не при мне было. Я просто отдал сову мальчику, как вы и велели.
Дамблдор покивал и попробовал сам призвать птицу:
— Ну-ка, девочка, спустись, пожалуйста. Хагриду надо отправить письмо твоему хозяину.
Букля недовольно гукнула в перышки вокруг клювика, обдала людей внизу презрением и перебралась ещё повыше, под самую кровлю. Да идите вы! Записку через ползала донести простым шагом не могут… Бывала она там — Гарри недалеко от профессорского стола сидит! И вообще, чего вы по пустякам-то лезете?!
Дамблдор снова пригладил бороду, озабоченно прикусив кончики усов. Однако…
— Странно, я же помню, Илопс привязывал птицу на меня… — и он возобновил попытку: — Иди ко мне, Хельга!
Шиш тебе, а не Хельгу! Оскорбленная Букля этого уже не стерпела — мало того, что пристали к личной птице, так ещё и обозвали как-то! Повернувшись на жердочке, она оттолкнулась от стропила и ракетой вынеслась в окно, в прохладное осеннее утро.
— Ничего не понимаю… — растерянно протянул Дамблдор. — Сову словно подменили… Но с другой стороны, это хорошо, что птица так предана мальчику, наверное, он ей какое-то особенное слово сказал, отчего привязал её к себе крепче якорной цепи.
— Ага! — поддакнул Хагрид. И помахал конвертом: — А с письмом как быть?
— А никак, — отмахнулся Дамблдор. — Просто пригласи мальчика в гости лично, вот и всё.
— Зачем? — затупил Хагрид.
— Ну как зачем? Чаем угости, газетку покажи, пусть почитает об неудавшемся ограблении в банке… Ты тот сверточек при нём брал?
— Ага, при нём, — закивал Хагрид. — Тока он внимания не обратил, больше на гоблинов пялился, всё на зубки ихние смотрел… И катание в вагончике ему понравилось, всё верещал и вопил: «Американские горки! Вау! Американские горки!»… Директор, а что это такое?
— Это?.. — честно задумался Дамблдор. — Хм-мм, какой-то маггловский аттракцион, расположенный в парках развлечений. Такие же вагончики, как в Гринготтсе. Рубеус, ты постарайся, обрати внимание мальчика на тот сверточек, мне надо, чтобы он заинтересовался философским камнем.
Дальше я не стал слушать — рванул к церберу. Обыскал его коридор, не нашел, спустился ниже, к троллю, обследовал его каморку. Снова ничего. Но я ж упрямый… Подюймово обшарил весь коридор, похожий на полосу препятствий, и в круглой комнатушке обнаружил некое подобие камня, вернее, его грубую имитацию. Шумно перевел дух — слава Глену, это не философский камень, а наивная подделка. После некоторых размышлений пришел к выводу — мне это не нравится. Мой мальчик приехал сюда магию свою изучать-укрощать, а вокруг него всякие старые маразматики какие-то интриги плетут!..
Значит, что мы имеем? «Философский камень», к которому зачем-то надо приманить мальчика. А чтобы добраться до камня, надо пройти мимо цербера, спуститься к Дьявольским силкам, миновать тролля, открыть намертво запечатанную дверь, сразиться в шахматы, мимо которых не пролетит и муха, найти и выпить яд, нейтрализующий огонь…
Ой, больно… Я так вцепился в когти клыками, что чуть до костяшек их не сгрыз. Выплюнув откушенный коготь, я заметался по комнате, подобно льву в клетке. Значит, надо заманить маленького мальчика в тысячу и одну ловушку, да, Дамблдор? А зачем, Дамблдор? Тебе это зачем, мудозвон ты бородатый?! Ох, не злите лагунов, а?! Я ж те так устрою, что ты сам в эти ловушки полезешь, троглодит директорствующий!
Распалившись и окончательно озверев, я бросился обратно в класс Зельеварения, рыча и сверкая глазами, как тот самый цербер — р-р-ррр, не злите лагунов! На уроке всё было спокойно, дети резали-шинковали ингредиенты, варили зелья под неусыпным присмотром профессора Снейпа. Тот неспешно прохаживался средь столов, заглядывал в котлы и что-то пописывал в блокнотике, наблюдения, наверное. Рявкнул на Невилла, запрещая прикасаться к иглам дикобраза, и застрочил пером, я из любопытства заглянул поверх его плеча в блокнот.
«Невилл Долгопупс.
Нервный, рассеянный, ни в чем не уверенный, предрасположен к панике».
Понятно — характеристики составляет. Поискал повыше — про Гарри:
«Гарри Поттер.
Не похож на отца».
И всё? Ну, если это самое важное для Северуса, не буду спорить… Драко, кстати, уже не противился тому, что рядом сидит Поттер, а предвкушающе поглядывал на него, видимо, собираясь после урока взять его в оборот. Ну вот и ладно, чем раньше примутся за воспитание моего подопечного, тем лучше для него. Главное, от деда подальше держать, не нравятся мне его планы.