Луна, любимая, как же я скучал по тебе! Прекрасная, ясноглазая, золотая. Единственная. Самая красивая лагуна в мире. Она нежно лизнула меня в губы, пробуя на вкус. Я тоже лизнул. М-м-мм, родная… Больше мы не расстанемся — со следующей осени Луна будет сопровождать свою девочку. Долго мы лежали, сплетясь в объятиях и нежно покусывая и полизывая друг дружку… Строение наших челюстей не приспособлены для поцелуев по-человечьи, да и не люди мы, если точно.
Потекли безмятежные и тихие дни лета, посвященные только нам с Луной, больше в нашем мире никого не было, были только мы, друг у друга и друг для друга. Остальной мир перестал существовать. Мы бродили по бескрайним полям, взявшись за руки, плескались и плавали в потайных местечках наших заводей, о которых знали только мы. Их было несколько, таких источников, одно даже с водопадиком, под струями которого было так здорово стоять, кайфуя от льющейся сверху прохладной воды. Она частым дождиком била нас по плечам и пропитывала густую шерсть — чудесный природный душ.
Хорошо на природе в полном бездействии, но о цивилизации нам тоже не давали позабыть, и временами нам, дикарям, приходили приглашения на чей-нибудь бал. Тут уж хочешь не хочешь, а приходилось вспоминать о приличиях, одеваться подобающе и перемещаться в гости. Балы устраивали эльфы, приглашая всех соседей, всех, кого знали, а знали остроухие всех. И ведь не гнушаются позвать на светские вечеринки даже простолюдинов вроде медвелоров и лагунов. Вообще мировой народ, стараются дружить со всеми, наверное, поэтому у эльфов нет врагов. Тролли и орки не считаются — их нет в нашем мире. Того тролля из школы, кстати, я переселил в Серые земли — это чтоб вопросов с вашей стороны не слышать…
На одном из таких балов ко мне подошел Этелефа, подал мне бокал с малиновым лимонадом и легонечко увлек за локоть в стороночку.
— Послушай, Балто, проблемы в Хогвартсе грядут.
— Какие? — я с тоской понюхал лимонад, не рискуя сделать глоток.
— Виджай Кхан-Кишнан беспокоится, ползает по округе, готовится пересечь Грань. А этого, как ты понимаешь, лучше не допускать.
Я осмелился глотнуть лимонаду, так как резко пересохло в горле — Виджай? Ой, мама…
— Зачем, Этель?
— Его подопечному угрожает скорая гибель, — скорбно пояснил Этелефа.
Остаток лимонада я выпил залпом — неужели кто-то собрался убить василиска? А при чем тут Хогвартс? Ой, ну вслух-то зачем…
— Подопечный Виджая живет в Хогвартсе, — чуть удивленно объяснил крылатый эльф.
А ну да, верно, есть такой, я видел его в прошлом году. Огромный старый гад, спит не одну сотню лет, свернувшись кольцами. Осталось уточнить.
— Он из Индии?
— Ну да… сейчас, погоди тут.
Этелефа отошел. Я поставил пустой бокал на летящий мимо поднос и цапнул с другого полный. Отпил и поморщился — яблочное вино. Тем временем раздвинулась толпа, пропуская гиганта-балиониска, змей-Хранитель в сопровождении Этелефы прополз ко мне и свернулся кольцами передо мной. Высоко вскинул голову, оглядывая меня с более удобного ракурса, и приветливо кивнул. Негромко зарокотал:
— Это ты, Балтазар-р-р Нели, чей подопечный видит всех хр-р-ранителей?
Ого, а обо мне уже слава ходит! Это меня ошеломило, и я удивленно рассмеялся.
— Да, это я, мой Гарри действительно всех видит. Только я не знаю — почему.
— Зато я знаю — почему! — утвердительно изогнулся змей. — На моем веку такие индивидуумы нер-р-редко встр-р-речались. Что ни век — то Собир-ратель душ.
— Что, простите? — переспросил я.
— Собир-ратели душ, — повторил Виджай. — Много их было в Ср-р-редние века. А так как начинался р-рассвет религии, то много их было ср-р-реди цер-р-рковников… Собир-ратели душ очень ценились Цер-р-рковью и Ватиканом. Сейчас, в наше врр-р-ремя эта пр-р-рофессия упр-разднилась за ненадобностью, р-разве что где понадобится помощь экзор-р-рциста для изгнания демонов или пр-р-ризр-р-раков.
— Он имеет в виду: родись твой Гарри на пару столетий раньше, стал бы Собирателем душ за способность видеть ангелов-хранителей, — внес ясность Этелефа, видя мое недоумение. — Виджай хочет сказать, что такие люди, как Гарри, периодически встречаются тут-там раз в столетие. Люди, говорящие с призраками. И учти, Балто, это были необязательно волшебники.