— Да засуньте эту каргу себе знаете куда?! Мне учебники за второй курс Хогвартса надо!
— Но, сэр, это правда учебники! — взмолился букинист. — В этом году они включены в школьную программу Хогвартса.
Но Гарри уперся рогом.
— Тогда несите старые учебники для второго курса! Те, по которым учились прошлогодние второкурсники.
Делать нечего, пришлось продавцу уступить и пойти на предложенный компромисс. Набрав вожделенных учебников, Гарри, сердито пыхтя, затолкал их в рюкзак. Я осторожно намекнул:
— Метлу будешь брать? Со второго курса их можно…
— Да иди ты сам в квиддич! — изощренно послал меня Гарри. Поддернув лямку рюкзака, он, чеканя шаг, направился к двери, я заткнулся и молча последовал за ним. А в дверях мы столкнулись: Гарри — с маленькой девочкой, а я — с Луной.
— Осторожней! — мелодично произнесла незнакомка. Гарри поспешно посторонился и увидел, как я странно смотрю на девочку.
Так вот она такая, подопечная Луны… Тоненькая, изящная, как фарфоровая статуэтка, совершенное кукольное личико обрамляли золотые локоны, синие небесные глаза с любопытством смотрели на меня. Гарри это заметил и удивленно спросил:
— Ты видишь моего Хранителя?
Девочка не ответила, она продолжала завороженно таращиться на меня.
— Эй! Я к тебе обращаюсь! — в голосе Гарри прозвучало напряжение.
— Она тебя не слышит, — мягко произнес чей-то голос. Гарри моргнул и растерянно посмотрел на невысокого мужчину, появившегося в дверях за девочкой. Синеглазый и светловолосый, он прошел в магазин и протянул Гарри руку со словами: — Полумна абсолютно глухая. А я — Ксенофилиус Лавгуд.
Гарри со смущением пожал протянутую ладонь и назвал себя.
— Простите, сэр, я — Гарри… — и жалобно: — Совсем ничего не слышит?
— Совсем, — печально подтвердил мистер Лавгуд. — Оглохла от страшного взрыва пять лет назад. Взрыв был настолько мощным, что были повреждены барабанные перепонки и полностью нарушилось строение внутреннего уха, — тут он нагнулся к лицу Гарри и шепнул: — Постарайся не спрашивать её об этом — в то время у неё на глазах погибла мама…
Гарри торопливо закивал, не могучи выдавить ни слова из-за огромного кома в горле. Я, потрясенный не меньше его, в полной прострации смотрел на Луну. Глен всемогущий… Я и не представлял всего того, что случилось в тот год, когда у Луны прошло первое причастие. Глухая девочка. Ребёнок пострадал более чем серьезно, а не только потерял мать…
Ксено Лавгуд купил дочери учебники, попутно выспрашивая Гарри о том о сем и незаметно вербуя его в сопровождающие для своей малышки. Ну да Гарри и уговаривать не пришлось, он мальчик благородный, сам предложил свои услуги, пообещав стать её сопровождающим на весь этот и последующие годы. Позже, когда они устроились возле кафе-мороженого Флориана Фортескью, мистер Лавгул пояснил:
— У нас, конечно, есть соседи-волшебники поблизости — Диггори и Уизли, но Джинни, младшая дочка Уизли, не дружит с Полумной, её головка забита совсем другими, романтичными вещами, на Рона я положиться не могу — мальчик сам нуждается в опеке… А Диггори слишком взрослый, у него на носу СОВ и ему совсем скоро станет некогда возиться с малышней.
— А почему это Рон нуждается в опеке? — удивился Гарри — Он здоров.
Ксено махнул рукой и смешливо фыркнул.
— Так он же постоянно есть хочет. В большой семье не наешься впрок. Там, как говорится, клювом не щелкают… А кроме того, боюсь, большая семья учит жадности — каждый старается зажать кусочек повкуснее и побольше, поневоле приучаешься прятаться ото всех. Вот так-то, Гарри, вроде и есть с кем делиться, да не хочется.
Мы с Луной стояли поодаль, слушали речи и смотрели, как дети лакомятся мороженым. Полумна безмятежно вкушала сладость и тихонечко мурлыкала какую-то песенку, мечтательно поглядывая на белые облака. Слышать мир она не могла, но к счастью, умела общаться с Луной мысленно.
Дядя Вернон, дождавшийся Гарри в машине, разворчался было, но полный кошель, до отказа набитый фунтами, быстро примирил его с долгим ожиданием.
Глава 17. Суматоха перед вторым курсом
Остаток августа Гарри потратил на изучение учебников и пары книжонок того писателя, которые прихватил для ознакомления, надо же было узнать, почему беллетристика включена в школьную программу. «Тропою с троллями» вызвала зевоту, а «Встречи с вампирами» заставила затосковать. Судя по нелепостям, писал их полный бездарь и оголтелый фантазер…