«Граф Гракун пошатнулся, поскользнувшись на серебряных шариках, моментально теряя силу, я, пользуясь его беспомощностью, разрядил арбалет ему прямо в грудь. Серебряная стрела пронзила его ровно посередине, а пока он распадался, второй вампир добрался до Саймона и заскочил вслед за ним в телефонную будку. Схватив высокого блондина за шею, он склонился к горлу, обнажая клыки. Будучи таким же высоким, как двухметровый Саймон…
На этом месте Гарри взвыл и захлопнул книгу.
— Да блин! В телефонную будку нельзя войти вдвоем! В ней и средний-то человек едва помещается…
Открыл, глянул дальше и не удержался, процитировал мне:
— Перезарядив арбалет, я пробежал оставшиеся ярды и вбежал в будку вслед за Саймоном и вампиром, его спина оказалась в паре футов от двери… Ну вот, у него и третьему места хватило. Да ещё и с запасом для арбалета. Что у него за телефонная будка безразмерная такая? Тардис?
Я пожал плечами — может, и Тардис, кто его знает… Может, он тоже поклонник Доктора Кто?
Подумав, Гарри совсем скис и мрачно сообщил:
— И вообще, только полный кретин кинется спасаться от вампиров в телефонной будке — она стеклянная и из неё нет второго выхода.
— А если больше некуда и негде спрятаться? — непонятно почему заупрямился я.
— В городе полно переулков и без телефонных будок, — прибил меня логикой Гарри.
Вздохнув, я переключил его внимание на другое.
— Что там Невилл тебе понаписал?
— О-о-о! — засмеялся Гарри. — Он про дракона своего всё пишет: и как она выросла, и как играет, и что деда Элджи никак не вылечат от укусов.
— Это почему? Она что, настолько ядовита? — притворно ужаснулся я.
— Не! — с удовольствием припомнил прочитанные письма Гарри. — Раны заживать не успевают: сегодня левое полужопие откусит, завтра — правое, послезавтра руку попытается отгрызть… В общем, по частям его кушает.
— И как на это власти смотрят? — заинтересовался я. — Дракона же могут счесть опасным. Как бы его не изъяли…
— А она умная: при комиссии одуванчики жует, всем руки лижет, ла-а-асковая-ласковая до невозможности. А стоит им за порог уйти, как бабушка тут же на Элджи её науськивает, мол, много ещё мяса осталось, доешь его, догрызи… Дело закончилось тем, что Элджи съехал от Долгопупсов, уехал в свое дальнее имение в Южном Уэльсе.
Н-да, вижу, веселые каникулы у Невилла, развлекается пацан. Молодчина Хагрид, додумался подарить изумительного зверя самому неуверенному в себе мальчику — тихоне Невиллу. Ушлая Нира быстро привела его в порядок, ожил мальчуган, повеселел. А всё почему? Потому что сообразил Хагрид, что при школе дракону жизни не дадут, директор с деканами косятся, издалека замеривают, комиссия, опять же, поговаривать начала о том, чтобы ящера в заповедник переправить, а там, глядишь, и пристроят куда-нибудь. Ага, на стол разделочный. Печень дракона — сюда, селезенку — туда, и желчь не забудьте процедить… Вот Хагрид и сменил дракону статус: из школьного пособия и заповедного имущества превратил в домашнего питомца, подарив частному лицу, Невиллу то бишь.
На вокзале Кингс Кросс всё было как всегда: многолюдно и шумно. Дядя Вернон привез племянника в десять ноль-ноль, погрузил сундук на тележку и проводил Гарри до барьера, возле которого они попрощались и расстались. Оказавшись на волшебной стороне, мы с Гарри сразу же увидели Невилла с Нирой на поводке и Драко с огромной переноской у ног. В пэт-боксе кто-то ворочался и ворчал. Мы с Гарри невольно прислушались.
— Уроды, сволочи, замуровали… И не хочу я нового хозяина! Меня бы кто спросил… Недоумки, вот только выпустите меня, враз всех перекусаю! Р-р-ррр…
— Драко, кто у тебя там? — с понятным опасением осведомился Гарри.
— Джарви, — Драко с отвращением пнул переноску. — Рон в письме упомянул, как они с братьями сад обезгномливают, вот я и решил, что джарви будет отличным подарком. Ты его не слушай — он всегда ругается.
Из всего этого Гарри, однако, уцепился за одно непонятное слово.
— Что-что они с садом делают? О-без-гном…
— Садовых гномов изгоняют, — пояснил Драко. — Это вредители такие.
Гарри смешливо фыркнул, вспомнив других садовых гномиков из алебастра, которыми люди украшают свои садики. Посмотрел на Ниру и уважительно поднял брови — драконичка вымахала с арабскую лошадь, и теперь её голова на целый метр возвышалась над головой Невилла. Сам Невилл выглядел посвежевшим, отдохнувшим и счастливым, ну оно и понятно: вредный дед перестал над ним измываться, теперь наоборот, за ним Нира охотилась, всё лето ему нервы трепала. А кроме того…