Выбрать главу

Когда я, наконец, успокоилась, мы не пошли внутрь, а поднялись по пожарной лестнице на самый верх. Дэймон быстро ввел код от выхода на крышу, словно бывал на ней постоянно.

Там, над спящим городом, под бесстрастными звёздами, было тихо и ветрено. Мы сидели на прогретом за день бетоне, который еще не успел остыть, спиной к низкому парапету, и он молча протянул мне свою фляжку. Не с бурбоном или чем-то горячительным. С простой, прохладной водой. Я пила маленькими глотками, постепенно приходя в себя.

Он не просил от меня объяснений произошедшему. Он просто говорил о ястребах на соседней крыше, о фонарях-бусинах. Его низкий голос заглушал шум в моей голове лучше таблеток, которые должна была выпить еще пару часов назад. Я смотрела на его профиль и чувствовала облегчение. Он не был тем, кем я его себе нарисовала. Он был куда сложнее.

— Я хотел с тобой встретиться пораньше, — сказал он вдруг. — Просто последние две недели было не до того.

И я поверила. Он не казался кем-то беспечным, как Софи или Элл со своей компанией. Под его воспаленными от недосыпа глазами пролегли темные тени. Он весь казался уставшим, чуть сгорбленным. Словно, на его плечах лежал непосильный груз.

В нем я видела себя. Уставшую от кошмаров и постоянной тревоги. Бросающую последние силы на учебу и попытки жить нормальной жизнью обычного студента. Мы, словно, понимали состояние друг-друга без необходимости о нем говорить и что-то объяснять.

Даже длительное молчание было уютным. Мы просто отдыхали вместе, разделяя один момент на двоих. Но всему приходит конец. Бетон совсем остыл, а вечерний теплый ветер сменился ночным и холодным. Время перевалило за полночь, когда он проводил меня до двери комнаты беззвучной тенью.

— Доброй ночи, Хейли, — он мягко коснулся костяшками пальцев моей щеки, и не задерживаясь, скрылся за углом. Я не видела у него горящих от счастья глаз, как у Тома. Смущения на лице или улыбок. Он оставался задумчивым и отстраненным. Но этот маленький жест подтверждал, что за внешним безразличием он скрывает больше, чем кажется на первый взгляд.

Софи привычно отсутствовала, ее постель была пуста. Я разделась, надела мягкую пижаму и легла, вслушиваясь в тишину. Внутри не было обычной тревоги перед сном, ожидания изматывающих кошмаров. Была лишь смертельная усталость и согревающее тепло под рёбрами.

Я закрыла глаза. В памяти всплыли его слова:

— Иногда самое страшное — не то, что ты видишь, а то, что тебе кажется.

И теперь я боялась не темноты. Я боялась утра. Что все это снова растворится с первыми лучами солнца. Но как бы сильно ты не сопротивлялся, всегда и все однажды заканчивается. А затем, начинается что-то новое.

Часть 1: Новая жизнь. Глава 5

Утро началось не с мягкого солнечного луча, пытающегося пробраться под ресницы, а с настойчивого стука в дверь. Звук отдавался в висках сухим эхом вчерашних шотов. Опять. Я глубже уткнулась лицом в подушку, вдыхая запах кондиционера для белья и надеясь, что если замру, то внешний мир решит, что в этой комнате никого нет.

— Я пришел с миром! — за дверью раздался голос Тома. Он звучал бодро — слишком бодро и звонко для воскресного утра, когда даже воздух кажется ленивой и вязкой патокой.

Я натянула капюшон флисовой пижамы на голову, чувствуя себя неуклюжим медведем, и, шаркая тапочками по паркету, открыла замок. Парень стоял на пороге, словно сошедший с рекламного плаката «Идеальный бойфренд»: в одной руке термос, в другой — пахнущий свежим хлебом бумажный пакет. Его улыбка сияла так ярко, что в моих затуманенных сном и таблетками глазах начало двоиться.

— Как обещал! Суп том-ям и имбирный чай. Лучшее лекарство от… — он осекся, заглянув мне в лицо, а затем попытался рассмотреть что-то через мое плечо. Его улыбка чуть сползла, уголки губ дрогнули. — Ой. Похоже, злой дракон сегодня не в духе и не очень любит имбирный чай.

Из-за моей спины, будто материализовавшись из утреннего тумана, выступила Софи. На ней был огромный пестрый свитер, копна растрепанных волос, а в правой руке она сжимала откуда-то взявшийся прозрачный зонт — видимо, схватила первое попавшееся оружие. Её взгляд, обычно искрящийся теплом, сейчас был холодным и пронзительным, как сталь.

— Томми. Как мило. Супчик, — её голос был сладок, как пережженный сироп, и от этой интонации мне стало по-настоящему не по себе. — Знаешь, после вчерашнего… инцидента, я была уверена, что ты дашь Хейли немного пространства. Мы же это обговаривали, верно? Не ожидала, что ты всё-таки решишь ворваться к нам в восемь утра. В воскресенье. Без приглашения.

Она чеканила слова, как выстрелы. А Том на глазах начал менять цвета: сначала покраснел, потом резко побледнел и в итоге покрылся неровными пятнами. Он явно не ожидал, что Софи перейдет в лобовую атаку. Я, если честно, тоже. Никогда прежде я не видела ее такой.

Да, она не всегда была милой и доброй. Пару раз я и сама прочувствовала на себе перемены ее настроения. Особенно, когда по незнанию нарушала установленные личные границы. Не брать ее телефон и другие личные вещи. Даже если они упали.