Слегка успокоившись, Денис снова подпустил изгнанные из головы догадки о существе, настырно стучавшиеся в черепную коробку снаружи. Ши-тцу, конечно, отпадает. Слишком маленькая, карманная собачка. Он же видел нечто размером с молодого медведя или взрослого льва. Медведь недостаточно волосат, а у льва грива резко контрастирует с голой мордой. Как впрочем и у орангутанга. Эти нюансы не укрылись бы от внимания. Значит отпадает. Венгерская овчарка подошла бы, но размер не соответствовал. Разве что мутация заставила животное вырасти до габаритов лошади.
— Нестор? — отвлёк от размышлений голос командира.
— Чисто! — подтвердил Черов, осматривая глазницы окон на подступах к месту работы группы.
— Выходим! — предупредил Ломов.
Денис удвоил внимание, но ничего подозрительного не заметил.
— Вышли! — спустя несколько минут сообщил командир, — Меняй позицию.
— Принял! — Денис подтвердил получение новой команды и, ещё раз пробежавшись по мёртвым оконным проёмам, закрыл объектив колпачком.
Когда Черов подбежал к торцу дома, мародёры уже сложили мелочь в два платяных шкафа, перехватили их верёвками и готовились волоком тащить груз к схрону.
Ломов стоял метрах в двадцати от здания, изучая оконные проёмы через апертурный прицел своего автомата. Заметив Черова, скомандовал призорам начинать движение.
Денис вышел на середину прохода между домами, чем увеличил угол наблюдения и обстрела, и опустился на колено.
Перед ним, по меркам земной застройки, располагался внутренний двор жилого комплекса. Судя по размерам, когда-то здесь были детская и спортивная площадки, парковочная и прогулочная зоны. Строители не испытывали дефицита в земле для застройки, отчего дома не возводились в притирку друг другу, как в современных земных Сити.
— Манюня! Встречай! — скомандовал Ломов, — Мы с Нестором прикрываем.
Черов представил, как Сафонова выходит из схрона и следит за приближающимися бурлаками. Равхан на лестнице, скорее всего, высматривает зверя в окнах дома. У него тоже снайперка.
Денис хотел обернуться, определяясь в какую сторону следует отходить, чтобы не перекрыть линию огня командиру, но в это время из-за дома, где располагалась его прежняя позиция, выскочила свора собак. Это были точно собаки! Шесть голодных, почуявших жертву псов. Огромные, как двухгодовалые телята зубра и густо покрытые шерстью.
— Внимание! Атака! — выкрикнул Черов и, смахнув колпачок с прицела, поймал в перекрестие лоб ближайшей цели.
Дополнительных команд ему не требовалось. Схема отработана на тренировках до автоматизма. Палец привычно скользнул в скобу и плавно нажал спусковой крючок. Зверь дёрнулся за секунду до выстрела, и пуля прошла мимо. Денис ещё дважды ловил в прицел лоб животного, но тому удавалось уворачиваться. Четвёртый выстрел он произвёл в широкую грудь, и пса буквально отбросило назад, словно в плохом боевике.
— Минус один, — сообщил Черов и добавил, заметив, что пёс пытается подняться, — Трёхсотый!
— Есть контакт! — доложил Равхан и ещё одна собака свалилась на землю, отчаянно загребая песок мохнатыми лапами.
Черов произвёл ещё три выстрела и, крикнув «отхожу», побежал в сторону схрона. Ломов твёрдо стоял на ногах, напоминая памятник «Ворошиловскому стрелку». Проносясь мимо командира, Денис не заметил на его лице каких-либо эмоций. Спокойствие и предельная собранность.
Отбежав на тридцать шагов, Черов развернулся и, не опускаясь на колено, открыл огонь, предварительно крикнув:
— Прикрываю!
Ломов, мгновенно опустил автомат и отскочив с линии огня, затрусил в схрон.
Пара собак продолжала двигаться в сторону Дениса, но теперь они не неслись очертя голову, как в самом начале нападения, а семенили, периодически шарахаясь в стороны и пригибаясь к земле.
Черов сообразил, что они уворачиваются от пуль Равхана, и, переведя флажок в режим автоматической стрельбы, выпустил очередь в крайнего справа пса. Смена режима сработала. Животное не ожидало подвоха и, увернувшись от одной пули, тут же угодило под остальные.
Оставшийся на ногах пёс резко затормозил и повернув влево скрылся за кладкой, оставшейся от обрушения дома. Прежде чем начать отходить к лагерю, Денис внимательно осмотрел поле боя. Первого подраненного пса он не заметил. Значит, тот сумел заползти за угол дома. Второй медленно семенил в том же направлении, шатаясь из стороны в сторону, то ли из-за ранения, то ли по прежнему пытаясь уклоняться от пуль. Только один оставался неподвижно лежать неподвижно на песке. Последний, схлопотавший очередь в бок, медленно копошился, пытаясь достать языком раны. Помогло бы ему зализать отверстия в шкуре, учитывая, что пули застряли в теле, Денис не знал. Оставлять в живых врага он не собирался. Хорошенько прицелившись, всадил пулю точнёхонько в лоб и, не опуская автомат, начал пятиться в убежище.