Она отвернулась, чтобы он не заметил, что с ней происходит, и, откинувшись на спинку лавочки, закрыла на мгновение глаза. К горлу подкатила тошнота. Давно с ней это не происходило, давно не появлялось у нее это чувство, которого она боялась больше всего на свете. Это снова подкрадывается беда. Смерть. Кого теперь она выбрала? Кого на этот раз у нее отберет?
Открыв глаза, она быстро повернулась к Джеку.
— Ты узнал результаты анализов? Как твоя кровь?
Он недоуменно посмотрел на нее, удивленный столь резкой и неожиданной сменой темы их разговора, и тем, что она вспомнила про какие-то там анализы, когда между ними такое творится. Но он невольно улыбнулся и погладил ее по руке. Вот она, его настоящая Кэрол. Она задается целью казаться злючкой и пытается кусаться, но у нее никогда это не получается, потому что она тут же забывает об этом, подавляемая порывами своего чуткого доброго сердца.
— Если бы что-то было не так, Гарри бы позвонил, — мягко сказал он.
— А кому это надо, доктору или тебе? — неожиданно вспылила Кэрол. — Что за идиотская беспечность, Джек? Или жизнь тебе не мила?
Он удивился еще больше.
— Эй, ты чего на меня так бросаешься?
— Все думают, что они неуязвимы, что с ними не произойдет чего-нибудь по-настоящему плохого, с кем-нибудь — может быть, но только не с ними! Ты тоже так думаешь, да? Только перед смертью все равны, но не каждому предоставляется возможность удивиться напоследок — нет, этого не может со мной случиться, я не могу умереть! Может! Каждый может! И я, и ты! Я знаю, знаю! Я вижу это всю свою жизнь! Вижу, как умирают люди, как дети, так и взрослые.
— Что с тобой, Кэрол? Успокойся, — Джек взял ее за плечи, встревожено заглядывая в лицо. — Не надо меня хоронить. Молчи, не говори такие вещи, накличешь беду.
— Она от меня приглашений не дожидается, — дрогнувшим голосом сказала Кэрол, вспомнив слова Мэтта, и страшное отчаяние охватило ее.
— Ты… ты что-то чувствуешь? — серьезно спросил Джек, и на лице его промелькнул страх. — Твоя интуиция тебе что-то подсказывает? Кто, Кэрол? Я?
— Я не знаю… Я ничего не знаю. Но я боюсь. Боже, это никогда не кончится! Я не могу так больше, не могу!
— Все будет хорошо, — Джек обнял ее, и она порывисто прижалась к его груди. Он почувствовал, что она дрожит. Поразительно. Если бы он не видел это собственными глазами, он никогда бы не поверил. Он подумал о Рэе и о том, что уже его приговорил. Как, как она может чувствовать подобные вещи, такие, как опасность и смерть? Это дано животным, но чтобы человек…
Она отстранилась так же резко, как и бросилась в его объятия. Какая-то потерянная и встревоженная, она поднялась и тихо бросила:
— Пойдем. Я провожу тебя в палату.
— А куда ты так спешишь? Уж не Рэй ли тебя дожидается? — Джек встал и выпрямился, сверху вниз изучая ее пристальным взглядом.
— Нет, — рассеяно ответила она, словно и не заметила в его голосе ревности и скрытой угрозы. — Но я заеду к ним, узнаю, все ли в порядке. Что-то неспокойно мне.
Она молчала, погрузившись в свои мысли, пока они возвращались в палату. Джек всю дорогу косился на нее, но она как будто и забыла, что он идет рядом.
— Я сама завтра заеду к доктору Тоундсу и узнаю, как обстоят дела с твоей кровью, — вдруг сказала она, прервав молчание.
Джек остановился и повернул ее лицом к себе, взяв за плечи.
— Кэрол, глупо делать вид, что ничего не произошло. Мне не хочется говорить об этом, и я понимаю, что тебе — тоже. Но нам придется. И так будет лучше. Нельзя молчать, потому что тогда это так и будет стоять между нами, а я не хочу. Я хочу, чтобы у нас с тобой все было по-прежнему, так, как раньше…
— Жить со мной, мороча мне голову, и спать с Даяной… и с кем там еще, не знаю! Нет, ты знаешь, что-то мне так не хочется, — Кэрол ехидно ухмыльнулась.
— Ты же поняла, что я имел в виду, — тихо проговорил он.
— Джек, оставь меня в покое, — Кэрол стряхнула со своих плеч его руки. — Я не хочу с тобой ни о чем разговаривать.
— Почему? Ну не верю я, что тебе нечего мне сказать. Выскажись, и давай обо всем забудем и больше никогда не вспомним.
— Забудем? — удивилась Кэрол. — Ну да, почему нет, мелочь-то какая! Вот я и говорю, не стоит об этом даже и говорить.
— Нет, поговорить надо.
— Пойди, поговори с кем-нибудь другим о своих любовных подвигах, раз так хочется. А мне пора идти, Джек.
— Нет, стой! — резко и почти грубо он схватил ее за руку, но сразу же смягчился и с улыбкой погладил ее пальцы. — Ну, не надо так, Кэрол, не будь такой. Ведь я же все равно знаю, какая ты на самом деле. Ты приходишь сюда, ко мне, заботишься, беспокоишься, не смотря ни на что… хоть и напускаешь безразличный вид.