Появился дворецкий с подносом. Поставить его не успел: Уильямс выхватил чашку и, залпом осушив её, быстрым шагом пошёл к входной двери. Надел пальто на ходу, повернул ручку двери и кинул раздражённо:
- Идёте, Лоусон?
Ему ничего не оставалось, кроме как подняться и поплестись следом.
- Франциск, будьте добры, дайте ему куртку, - приказ шеф метнул, как камень из пращи. И сразу хлопнул дверью, отчего в ней опасно задрожали стекла. Снаружи почти сразу забурчал мотор, на пульте охраны загорелась зелёная кнопка - открылись створки гаража, выпуская наружу свежевымытую блестящую машину.
Дворецкий, отставив поднос, протянул куртку. Толстая, с мягким мехом внутри, она пахла лавандой и воскрешала в памяти давно забытые, а, может, и не существовавшие никогда моменты. Детство, которого не знал. Юность, которую не отравило Извержение. Зрелость, в которой не вынуждали идти на преступления. Зажмурившись, он на миг вернулся в прошлое и увидел себя маленьким мальчиком, чья мать на шею повязывает шарф. В реальности же шею сдавил галстук, который он утром по привычке напялил, собираясь на работу.
Теперь его работа - следовать за жестоким, готовым броситься в пекло человеком.
Он до сих пор не был уверен, что проснулся.
- Спасибо за завтрак, Франциск. Всего хорошего.
Вместо ответа дворецкий взял со столика истекающую воском свечу и чуть ли не под локоть вывел из особняка на двор. Кожу тут же закусали снежинки, мороз пробрался под курточку и расползся по хребту; стало невыносимо холодно. Кое-как забираясь в подъехавшую прямо под крыльцо машину, Лесли поймал себя на мысли, что до сих пор чувствует недомогание. Несмотря на холод, лоб горел, а щёки всё никак не прекращали алеть, хоть стыда он уже не ощущал. Морозило, хотелось пить, хотелось спрятаться под одеялом, но шеф уже нетерпеливо поглядывал на часы - сообщить ему о плохом самочувствии значило обречь себя на что-то, похуже лихорадки. Поэтому он не сказал ничего, лишь попросил вполголоса включить отопление в остывшей машине.
- Вам плохо? - Уильямс посмотрел на него осуждающее, будто простуда для него являлась чем-то позорным, вроде венерического заболевания. - Я бы предложил вам сегодня остаться в постели, но дело не терпит отлагательств. Так что настойчиво попрошу не умирать раньше времени. Возьмите термос в бардачке.
В воздухе сразу повисла тишина. Невозмутимый Уильямс принялся проворачивать ключ, стараясь завести заглохшую у ворот машину, а Лесли уставился в окно, мучительно соображаясь, что бы спросить. Ничего, кроме глупостей, в голову не лезло: он перебирал вопросы, как игральные карты, не зная, какую выложить на стол.
Выбрал самую идиотскую.
- Я вчера заметил, что вы ходите с тростью. Это для солидности?
Уильямс на миг перестал проворачивать ключ. Помедлил, вздохнул, а потом неожиданно чуть одёрнул штанину джинсов. В глаза бросились тёмные рубцы, и внутренности обожгло от стыда - и зачем спросил?
И всё же он решил закопать себя в могилу ещё глубже.
- Но... Я видел, как вы бегали в Доме. Вам должно быть очень больно, так как сухожилия... Простите, - уловив уничижающий взгляд, он сконфуженно замолк. Тишина вдруг начала казаться почти спасительной.
Но Уильямс не позволил ему закрыться в ракушку, отрывисто кинув:
- Торжество духа над плотью, слышали? Я управляю телом, а не оно мной. Вам стоило бы делать так же.
За всю дорогу они больше не проронили ни слова. Играла тихо музыка в салоне, проносились за окном незнакомые пейзажи, вилась вдали синяя ленточка Темзы. С каждым промелькнувшим ярдом чудилось - он и впрямь провалился куда-то под текстуры, в вывернутый наизнанку мир. Если бы не старый навигатор, исправно указывающий путь, поверил бы, что попал в параллельную реальность - настолько картина вокруг отличалась от того, что привык видеть. Да, здесь так же царила зима. Да, с неба так же падал снег вперемешку с пеплом. И воздух здесь так же пылью оседал в лёгких, но в этой вселенной не существовало молчаливых напоминаний об ушедшей эпохе: ни царапающих небо многоэтажек, ни похожих на дымящиеся сигареты труб заводов, ни Биг-Бена. Ничего, кроме бескрайних лесов и невесть откуда взявшейся воды, заледеневшей и кристально-чистой.
Он задремал быстро, и, когда проснулся, с удивлением обнаружил себя в своей вселенной, где вдоль дороги высилась колючая проволока, а за ней виднелись жёлтые будочки пропускных пунктов и кордонов.
- Нэш Нейт Уильямс, - шеф чуть опустил стекло, но руку для сканирования не протянул. На секунду подумалось, что чипа у него может не быть вовсе, но он развеял подозрения, поднеся ладонь к окошку. - Я очень тороплюсь, так что будьте добры, избавьте меня от лишних допросов. Все документы оформлю сам.