«Я сделаю все возможное!». — Мариги не терпелось приступить к работе.
«И…». — Давос остановился, как только заговорил: «Я обсужу предложение о браке через несколько дней».
Мариги увидел, что Давос не собирается продолжать то, что собирался сказать, и не решается спросить, и просто сказал: «Ах да, Архонт. Два человека из пифагорейской школы Таранто пришли вместе со мной в Амендолару и сказали, что их пригласили вы».
«Где они сейчас?». — тут же спросил Давос.
***
Вскоре Давос встретил людей из пифагорейской школы в своем собственном доме. Одного из них зовут Мартикорис, а другого — Метотикл, оба они выглядели молодо, и им не должно было быть больше тридцати.
Поэтому Давос, который только что вернулся домой, сказал с улыбкой: «Вы оба выглядите так молодо!».
Это раздосадовало Мартикориса, который воскликнул, думая, что на него смотрят свысока: «Математика не предполагает суждения об уровне с возрастом. Никто в Таранто не может сравниться с моей скоростью в вычислениях!».
Давос улыбнулся: «Видишь ли, я стал архонтом в молодости. Если я смотрю свысока на твою молодость, не значит ли это, что я также смотрю свысока на самого себя?».
Мартикорис был ошеломлен.
«Напротив, я рад, что в пифагорейской школе много молодых людей. Потому что молодые люди энергичны. Потому что молодые люди амбициозны. Потому что молодые люди — это те, кто осмеливается нарушать правила и думать о том, о чем не смели думать их предшественники! Это особенно важно в академической сфере, не так ли?». — страстно спросил Давос.
Молчавший до этого Метотиклс широко раскрыл глаза.
Мартикорис смущенно пробормотал: «То, что вы сказали, очень разумно».
«Я буду всячески поддерживать развитие вашей школы в Амендоларе, а также бесплатно предоставлю вам большой дом для проживания и чтения лекций. Пока вы не нарушаете законы Амендолары, вы можете обучать своих учеников в Амендоларе без каких-либо ограничений. Я верю, что с вашими способностями вы сможете сделать в Амендоларе такую блестящую карьеру, какую не смогли сделать ваши коллеги в Таранто! Поэтому вы должны восполнить сожаление Пифагора, вашего отца!».
Решимость и ободрение Давоса разожгли страсть двух молодых людей. Выразив ему свое уважение, они попросили его прислать кого-нибудь, чтобы отвезти их домой, так как им нужно немного отдохнуть, чтобы сразу же приступить к работе.
Давос, естественно, согласился. Когда двое мужчин были уже далеко, Давос все еще слышал голос Мартикориса: «Их архонт неплох! Он лучше, чем даже архонт Таранто».
«Мартикорис, говори тише. Ты все еще в чужом доме!».
***
Давос слушал и не мог удержаться от смеха.
«Ты действительно собираешься оказать полную поддержку пифагорейской школе в Амендоларе?». — Хейристоя вышла из комнаты, положила руку на плечо Давоса и сказала с легким беспокойством: «Я слышала, что у пифагорейской школы плохая репутация, потому что они скрытные и неуважительно относятся к богам, а некоторые из них, по слухам и вовсе не верят в них. Напротив, они считают, что все состоит из «чисел» в прошлом у них было много конфликтов с экклесией и советом во многих городах-государствах Магна-Греции».
Давос не принял это к сведению и улыбнулся: «А в чем проблема? Разве мы, греки, уже не привыкли к гармонии между человеком и богом? И мы не окажемся в такой же ситуации, как египтяне, которыми полностью управляли боги, а тех, кто не уважает богов, казнят. Кроме того, учеником пифагорейской школы нелегко стать, кроме небольшого числа высокообразованных вельмож, а простые люди даже не смогут пройти их тест, поэтому их школа не может развиваться, и поэтому они против демократии».
Хейристоя закатила глаза: «Ты думаешь, что они поддержат тебя?».
«Будут они меня поддерживать или нет, меня это не касается». — пожал плечами Давос и добавил: «Однако это, по крайней мере, означает, что они не станут большой проблемой. Более того, не думай, что они изучают только математику, ведь они также интересуются философией, музыкой, искусством и тщательно их изучают. Есть и еще одна область, которая тебе интересна, так как они выступают за абсолютное равенство мужчин и женщин в академических кругах».
«Правда?». — изумленно спросила Хейристоя.
«Это правда. Я слышал от Архитаса, что жена Пифагора — его ученица». — Давос улыбнулся: «С их переездом у тебя в банке не будет недостатка в сотрудниках, умеющих вести бухгалтерию».
«Разве ты не говорил, что они не смогут расти?». — Хейристоя вспомнила, что он сказал.