«Вы, турианцы, должны также помнить, что когда вы нарушили свою клятву и не послали немедленно подкрепление для спасения павшей Амендолары, Амендолара погибла в тот день, когда ее заняли луканцы. Сейчас перед вами — только что родившаяся Амендолара, если и был какой-то долг перед Турием, я полагаю, что амендолары уже выплатили его своим полугодовым заключением, но выплачен ли еще долг Турия? В самое трудное для Амендолары время Таранто оказал Амендоларе самую большую помощь. Поэтому Амендоларе нечем отплатить им, кроме нашей предельной искренности. Что же дал Турий Амендоларе? Это падение города Амендолара и заточение его жителей». — Слова Давоса пронзили Нианса, как острый кинжал, и лишили его возможности что-либо сказать.
Стромболи прорычал: «Я уже много раз говорил, что нам не стоит даже говорить о союзе с этими эгоистичными турианцами. Они никогда не будут внимательны к другим и будут думать только о себе! Если бы не Давос, настаивающий на приезде, я бы даже не стал с ними встречаться. То, что они недовольны, делает меня счастливым! Если же они собираются преподать нам урок силой, то я еще больше счастлив, копья жителей Амендолара готовы!».
Глава 122
Услышав это, многие делегаты Турии были потрясены.
Куногелату ничего не оставалось, как предложить им сначала обсудить этот вопрос за закрытыми дверями, прежде чем принимать решение.
Давос кивнул в знак согласия. И когда он увидел, что делегаты Турии уходят вдаль, чтобы всё обсудить между собой, он обернулся и поднял большой палец вверх: «Архонт Стромболи, вы так хорошо все сказали!».
«То, что я сказал — абсолютная правда!». — заявил Стромболи, глядя на них.
«Это да!». — засмеялся Давос.
Стромболи тоже улыбнулся. Сегодня, перед турианцами, он выпустил свой накопившийся гнев.
***
«Похоже, что Амендолара достигла соглашения о союзе с Таранто, и наверняка они получили согласие Таранто на выдвижение такого условия. Если мы не согласимся на их условие, то эти переговоры не будут продолжаться». — Куногелат сказал с серьезным выражением лица.
«Тогда нам не нужно вести с ними переговоры! В любом случае, угроза со стороны луканцев уже решена, поэтому нам не нужно даже беспокоиться об этих амендоларианцах!». — гневно сказал Ниансес, вспоминая, как год назад амендоларцы относились к посланникам Турии с уважением, а теперь, в мгновение ока, осмелились даже указывать и кричать на стратегов Турии. Из-за такой разницы в их отношении он не мог этого вынести: «Проклятый Таранто, я думал, что они искренне хотят помочь Турии, но я не ожидал, что они будут тайно строить планы!».
Анситанос беспомощно сказал: «Кто говорил нам потерпеть поражение в войне? Таков закон истории, что слабый город-государство не может пользоваться уважением. Мы все получили информацию о том, что бруттийцы прекратили войну с Кротоном, и некоторые люди в совете Кротона начали говорить «о том, что мы используем местоположение руин Сибариса», что должно пробудить нашу бдительность. Если они нападут, у нас на спине будет враждебная Амендолара, что поставит нас в очень опасную ситуацию. Кроме того, мы также знаем, что луканианцы очень мстительны. После этой войны мы не знаем, когда они смогут оправиться, но как только это произойдет, они снова начнут свое вторжение, и основной удар придется на нас, Турий. Сможем ли мы победить их? Разве нам не нужна помощь Амендолары?».
Слова Анситаноса заставили остальных забеспокоиться, а Ниансес холодно фыркнул, но не стал больше спорить.
«На самом деле, ключ к этому вопросу в том, есть ли у Таранто амбиции посягнуть на всю Турию». — Куногелат напомнил всем, и серьезно проанализировал: «Но не думаю, что Таранто пытается это сделать. Иначе они не жалели бы сил на пропаганду и создание оборонительного союза Магна-Грации для борьбы с коренным населением. Если они захотят захватить Турий, боюсь, что такие города-государства, как Кротон и Сциллиум, объединятся против нас, и союз распадется, а все их усилия за последние несколько лет окажутся напрасными. И даже если они оккупируют наш город-государство и поддержат марионеточное правительство, которое им благоволит, это не стоит их потерь, потому что они столкнутся с тремя могущественными врагами: Мессапийцы на юго-востоке, Луканианцы на северо-западе и Кротонский альянс на юго-западе. Как только луканцы или кротонцы вторгнутся, Таранто, как «материнскому государству», придется отправить в Турию более 1000-2000 человек, чтобы справиться с ними. Поэтому я думаю, что Таранто сделал это потому, что мы победили их, и они хотели отомстить. Поскольку наши предки смогли построить город более 40 лет назад, то мы превратим Турию в великий греческий город-государство всего за один год! Если мы временно потерпим и будем работать вместе, то за короткое время сможем сделать так, чтобы Турия возродилась! Тогда мы вернем унижение, которое нам причинили Амендолара и Таранто, так же, как это сделали наши предки!».