Дойдя почти до середины реки, глубина воды больше не увеличивалась, и Келебус, находившийся на правой стороне строя фаланги, даже не чувствовал силы течения. В это время он заметил, что некоторые из их врагов выскочили из своего строя и почти вбежали в реку, и находятся всего менее чем в 20 метрах от них, затем наконечники копий, которые они держали в руках, холодно блеснули в солнечном свете…
Сердце Келебуса бешено заколотилось, поэтому он инстинктивно присел и почти всем телом погрузился в воду.
«Берегитесь, копья!». — Крики офицера значительно усилились, потому что копья наносили гоплитам больший урон, чем стрелы.
Келебус услышал свист ветра в ухе, а затем раздался соответствующие звуки.
«Бах!».
Копье пробило медное покрытие и деревянную доску, затем его левую руку, а из-за сильного удара, его отбросило назад и повалило солдат позади него. Если бы не своевременная помощь его товарищей, эти солдаты в тяжелых шлемах и тяжелых доспехах утонули бы в этой, казалось бы, безобидной речной воде. Видно, насколько силен вражеский бросок копья, поскольку он вызвал очередную панику на передовой линии кротонской армии.
В это время легкая пехота в тылу внимательно следила за ними и, наконец, смогла начать отбиваться. Их стрелы падали, как капли дождя, на противоположный берег реки, заставляя дальнобойные отряды врага не атаковать передовую линию бездумно.
Потери кротонцев были незначительны. Хотя Мило чувствовал легкую головную боль, он не обращал на это особого внимания. Его удивило лишь то, что почти половина из 5000 вражеских войск на противоположной стороне была легкой пехотой. Их умелое взаимодействие, тактика, ожесточенность и точная атака, которую он никогда не видел в своих предыдущих сражениях, побудили его быть бдительнным. Но нет никаких сомнений в исходе этой битвы, потому что…
«Стратегос! Наши войска достигли другой стороны! Мы достигли другой стороны!». — Люди вокруг него радостно закричали.
Мило думал, что переправиться через реку Трионто будет легко, но, глядя на тела, плывущие по реке, и на облегченные выражения лиц его людей, было видно, что легкая пехота другой стороны была намного сильнее, чем они ожидали.
«Не дайте им сбежать!». — Мило на своем коне смутно видел, что когда его солдаты наступали на другую сторону, легкая пехота противника быстро прошла через брешь между их фалангами и отступила в тыл.
«Да!». — Как только голос герольда стих, он услышал громкий звук сальпинкса на другом берегу реки. Для этого оглушительного звука нужно, чтобы одновременно играли не менее десяти сальпинксов.
Мило не мог скрыть своего шока: «Может ли быть так, что Теония послала более 5000 солдат в Росцианум?!».
Эти мысли промелькнули в головах Мило и его людей, а их взгляды были прикованы к тылу врага.
«Бум! Бум! Бум!». — Военный барабан быстро отбивал такт, он достиг ушей Келебуса, который успел выйти на берег, и усилил их уверенность.
«Атакуйте!». — Без атаки стрел и копий, офицеры были полны воодушевления, отдавая приказы.
Солдаты Кротоне, призывая имя Аполлона, двинулись на врага.
Однако с противоположной стороны раздался громкий крик, и сзади внезапно поднялся красный флаг.
Тогда солдаты плотно выстроились и с тем же яростным барабанным боем быстро бросились к своим товарищам, служившим приманкой. Затем один за другим были подняты флаги, которые развевались на ветру и вызывали болезненные воспоминания у захваченных в плен кротонцев, таких как Келебус.
«Нас обманули! Это засада!». — У каждого кротонийского солдата в голове крутились похожие мысли, но эти мысли быстро поглощали их боевой дух, заставляя их колебаться и бродить по берегу, затаившись, наблюдая, как теонийская армия присоединяет свои первые войска и начинает реорганизовывать свое формирование.
Глава 205
Не только солдаты, но и Мило в тот момент, когда появилась армия Теонии, запониквал, его тело задрожало, а лицо побледнело: «Нас обманули! Мы обмануты хитрыми теонийцами!».
Для любого квалифицированного стратега было бы очень неправильным военным действием опрометчиво позволить своей армии пересечь реку перед огромным количеством врагов, думая, что их всего меньше.