«Нам лучше сначала поспешить в Сенат и закончить его. Люди нашего города-государства все еще с нетерпением ждут нашего доклада!». — Видя, что другие посланники несколько заинтересовались, Систикос громко напомнил им об этом и воспользовался этой возможностью, чтобы скрыть свой внутренний стыд: в конце концов, Теония распределяет земли, которые они заставили Кротоне уступить.
***
Систикос знал, что эта миссия будет не такой легкой, как в прошлый раз, но он не ожидал, что все государственные деятели Сената Теонии будут очень твердо выступать против отправки войск в ответ на просьбу посланников четырех городов-государств.
«Война только что закончилась, и потери Теонии тоже велики. У нас нет достаточно денег и продовольствия, чтобы справиться с еще одной войной!.
«Граждане Теонии только что сложили щиты и копья и получили землю, которую им только что выделили. Все они собираются хорошенько отдохнуть и начать сажать пшеницу на только что полученных землях, пока весна еще не наступила, чтобы успеть собрать урожай, поэтому не должно быть никаких сражений!».
«Не нужно, чтобы Теония нажила себе врага в Локри и тем самым спровоцировала Сиракузы, могущественный город-государство!».
В целом, тысячи слов можно свести к одному предложению: «Теония просто хочет восстановиться и не вмешиваться».
В связи с этим посланники Сциллетиума, Терины и Каулонии выразили готовность подписать соглашение об оборонительном союзе с Теонией, как и Кротон, но государственные деятели Теонии выступили против, причина была проста: Поскольку при нынешней силе Теонии почти ни одна сила на юге Италии не осмеливается провоцировать их, в то время как Каулония, Терина и Сциллетиум время от времени подвергаются вторжению Локри и Брутти, поэтому если бы это соглашение было принято, это было бы равносильно тому, что эти три города-государства наняли бы мощный союз городов-государств для защиты своей безопасности бесплатно, что, очевидно, было выгодно только им, но никак не Теонии.
Тогда Систикос забеспокоился, потому что переговоры зашли в тупик, но он ничего не мог сделать.
В это время посланник Терины нетерпеливо сказал: «А что, если я попрошу нас присоединиться к Альянсу Теонии?».
Посланник Терины сказал это не по прихоти, потому что, когда они проезжали мимо Росцианума, Амиклес и остальные радушно принимали их. На банкете государственные деятели Рос2эцианума намеренно или ненамеренно упоминали о многих преимуществах, которые Росцианум получил после вступления в союз Теонии, и в то же время они своими глазами видели стабильность и процветание людей в Росциануме, что вызвало у посланников некоторый интерес.
Услышав это, Систикос внезапно удивился и подсознательно воскликнул: «Сипрус, ты знаешь, о чем говоришь?!»
«Чтобы спасти Терину!» — оправдывался посланник Сипрус, — «Мы, теринцы, всегда соблюдали соглашение в Кротонском союзе и всегда откликались на призыв Кротона, мы каждый год вовремя платили дань, и в каждой войне мы активно отправляли войска и продовольствие! Но то, что мы получаем сейчас в обмен — это опустошение территории Терины локрийцами. Терина — небольшой город-государство, но мы живем между Гиппонионом (город-государство, союзное с Локри, и расположенное на юге Терины) и бруттийцами. Если мы не сможем отбить Локри как можно скорее, то даже если бруттийцы не нападут, я боюсь, что все жители Терины умрут от голода!».
Систикос хотел сказать, что если у Терины закончится еда, то Кротоне поможет им.
Но он тут же проглотил свои слова. Кротон только что понес большие потери в этих двух войнах с Теонией, и из-за блокады локрийского флота весь город Кротон также столкнулся с нехваткой продовольствия. Это также является основной причиной, по которой Кротон срочно согласился, чтобы три города-государства в их союзе попросили помощи у Теонии.
Затем он громко предупредил: «Разве вы не знаете, что, вступив в союз с Теонией, вы больше не сможете заключать союзы с другими городами-государствами! Если Терина выйдет из Кротонского союза, то мы немедленно выведем наши войска, которые помогают Терине обороняться. И если враги вторгнутся в будущем, мы больше не будем оказывать Терине никакой помощи!».