«Ахн… Давос… дай мне… поспать еще немного, я все еще так хочу спать…». — Хейристойя скривилась и сонно произнесла.
Тогда Давос смог только сопротивляться своим желаниям и накрыл жену одеялом.
***
«Хох, твой брат отправился с Андролисом в Консентию». — Давос сидел в своем кабинете и слушал Аристиаса о том, что произошло в Теонии и окрестностях, пока его не было.
«Прошло уже шесть дней, но до сих пор нет никаких известий». — правдиво ответил Аристиас.
Давос что-то почувствовал в его речи, поэтому спросил: «Ты не волнуешься?».
Аристиас промолчал.
«Будь спокоен, у бруттийцев не хватит смелости причинить вред нашему посланнику. Возможно, они даже уже возвращаются; а может быть, бруттийцы заключили их в тюрьму». — Давос искренне успокоил его и добавил: «Еще через несколько дней, если новостей по-прежнему не будет, Теония объявит Бруттию «угрозу войны» и заставит бруттийцев освободить их».
«Спасибо, господин!». — сказал Аристиас с некоторой тревогой и благодарностью.
Давос торжественно похлопал его по плечу и сказал: «Теония никогда не будет плохо относиться к храбрецам, которые осмелились рискнуть жизнью ради Теонии! Как только твой брат вернется, он сразу же станет официальным гражданином, гораздо раньше, чем ты. Однако тебе не о чем беспокоиться, ведь я буду помнить обо всем, что ты сделал».
Аристиас ничего не ответил, а лишь отдал честь ему с большим уважением.
«Что-нибудь еще?». — спросил Давос.
Аристиас отрегулировал свои эмоции и сказал глубоким голосом: «Да. Это касается Поллукса».
«Поллукс?». — Давос моргнул.
«Мы узнали, что Поллукс освободил много рабов в своей семье, а затем эти освобожденные рабы обратились в Министерство сельского хозяйства, чтобы с его помощью арендовать много земли…». — сказал Аристиас и посмотрел на Давоса.
Давос спокойно слушал. Из того, что сказал Аристиас, следовало, что в поступке Поллукса нет ничего необычного, напротив, Давосу даже следовало бы похвалить его за то, что он откликнулся на его призыв и подал пример, освободив множество рабов.
Но Давос знал, что все никогда не будет так просто.
«Эти освобожденные рабы использовали часть дохода от земли, которую они арендовали, для уплаты налогов, часть — для собственного пользования, а большая часть полученного ими дохода шла Поллуксу».
Услышав это, глаза Давоса расширились: «Сколько прибыли они отдавали Поллуксу?».
«Я не знаю точной доли, но боюсь, что она немаленькая. Ведь у него было около 35 освобожденных рабов, которые претендовали в общей сложности на 120 000 квадратных метров земли». — сказал Аристиас, глядя на запись в своей руке.
«Эти рабы должны знать о законе Теонии об аренде земли, так почему же никто не сообщил об этом?». — воскликнул Давос.
«Мы узнали, что все эти рабы были урожденными рабами семьи Поллукса, и они прожили в его семье не менее 20 лет, поэтому они должны быть очень лояльны к нему. Во-вторых, благодаря своим связям в Министерстве сельского хозяйства, Поллукс заставил этих рабов арендовать плодородные земли. Помимо 20% налога на землю и денег, отданных Поллуксу*, оставшийся доход, хоть и небольшой, но все же намного больше того, что они зарабатывали как рабы. Более того, все эти сельскохозяйственные угодья находились недалеко друг от друга, поэтому освобожденные рабы жили коллективно в нескольких больших домах, наблюдая друг за другом. Есть также сведения, что у некоторых из них есть «свои семьи», живущие вместе с ними, но на самом деле это, скорее всего, люди, посланные Поллуксом для надзора за ними». (примечание: зарегистрированные свободные должны были платить 20% земельного налога, подготовительные граждане — 10%, а горожане должны были платить только 1% земельного налога).
Как только Аристиас закончил доклад, глаза Давоса сузились до щели, в них сверкнул холодный блеск, и он спросил: «А Беркс знает об этом?».
«Судя по знакам, он не должен знать». — серьезно ответил Аристиас.
«Ты уверен?».
«Да».
Давос некоторое время смотрел на лицо Аристиаса и почувствовал некоторое облегчение. У него сложилось хорошее впечатление о Берксе, особенно после того, как Давос во главе армии разгромил Кротона и захватил Турий. Беркс не только взял на себя инициативу сотрудничества и стабилизации политической ситуации в Турии, но и положительно отреагировал на новую политику, которую провозгласил Давос. Хотя и он, и Поллукс были известными вельможами в Турии и владели многими землями, он взял на себя инициативу отказаться от владения большей частью своих земель и даже освободил некоторых своих рабов.