Командиры посмотрели на горящие следы от свай моста на берегу реки, и их сердца сжались: персы рядом
Хейрисоф немедленно приказал Ледесу и его кавалерийскому отряду исследовать окрестности (после того, как они вошли в горный район, кавалерийский отряд потерял много лошадей, оставив только 5-6). В то же время он приказал некоторым солдатам спуститься вниз по реке, чтобы исследовать глубину воды.
После получения приказа, несколько солдат, которые хорошо плавают, сняли свои доспехи и вошли в реку, вода доходила им до груди, когда они достигли середины реки.
В это время кто-то крикнул: «Персы!».
Сразу же в войсках начался переполох. На другой стороне холма появилось много персидской конницы, а на равнине под холмом — персидская пехота в боевом строю. Они поднимают пыль, заполнившую все небо, когда маршируют к берегу реки.
Глава 52
«Всем в строй!». — крикнули офицеры.
Солдаты в реке поспешно отступили на берег, некоторые были почти сметены течением.
«На дне реки много больших и гладких камней, из-за чего здесь скользко и трудно идти». — Солдаты доложили об этом командирам после того, как вышли на берег.
«Похоже, нам трудно переправиться через реку отсюда, когда на противоположном берегу находятся персы». — беспомощно сказал Тимасион, а другие командиры согласились. Они внимательно наблюдали за противоположной стороной берега: персы перестали двигаться вперед, так как приблизились к берегу реки, а их ряд был длиной около мили, и казалось, что у них не менее 20 000 воинов.
«Это армия Оронта». — сказал Клеанор, находясь в состоянии напряжения.
Ксенофонт с сожалением сказал: «Он опередил нас».
Ксантикл в изумлении указал на другой берег реки и сказал: «Смотрите, он нанял много халдеев».
Халдеев? Даверс не знал о них, и в замешательстве смотрел на Филесия.
«Халдеи — это племена, живущие в Армении. Считается, что они свирепы и агрессивны. Персы предпочитают набирать их в тяжелую пехоту». — объяснил Филесий, указывая на другую сторону: «Смотри, вон они».
По направлению его пальцев Давос увидел несколько халдеев в кожаных шлемах, одеждах, с длинными щитами и копьями, стоящих в авангарде персидской армии.
«Оронт пытается остановить нас, но жаль, что халдеи нам не противники». — улыбнулся Тимасион, не желая уступать.
«Но с этой рекой мы не сможем сражаться в полную силу». — возразил Ксантикл с легким пессимизмом.
«Пусть солдаты сначала разобьют лагерь и отдохнут, а потом пошлем людей разведать, нет ли на реке лучшего места для пешей переправы». — спокойно сказал Хейрисофус.
Приказ был передан, и войска отступили в лагерь, расположенный менее чем в миле от реки.
Вскоре Ледес принес сведения: на берегу реки не обнаружено никаких следов персов, но в близлежащих горах замечено несколько кардухийцев, которые шпионят за ними. Это заставило командиров нахмуриться.
«Идите за Изамом». — сказал Хейрисофус.
Изам был сыном Кангморо, вождя племени Сокангте, которого послали быть их проводником. В результате у энергичного юноши возникло сильное любопытство к далекой Греции, ведь он пробыл у греков 20 дней. Он не хотел возвращаться в уединенную горную деревню, а хотел отправиться странствовать с места на место с ними. С согласия Кангморо наемники приняли его.
Когда Изам получил эту новость, он был ошеломлен и тут же поклялся, что эти кардучи не были посланы племенем Сокангте. И вызвался сам разведать обстановку.
С согласия командиров Ледес взял его с собой. Через 30 минут он вернулся и доложил, что эти люди из племен, которые объединились в горах, чтобы напасть на греческих наемников, некоторых из них он видел раньше.
После ухода Изама Ксенофонт вздохнул с облегчением и сказал: «Как я и говорил, Кангморо и мы хорошо сотрудничали раньше. Они не могли начать вынашивать идеи, как только мы разделились».
Клеанор фыркнул: «Не стоит так легко доверять этим варварам. Откуда ты знаешь, что сын Кангморо не солгал? Мы все видели, что делает Кангморо: после каждой битвы он полдня спорит с нами о том, кому принадлежит добыча. Он даже жалкий глиняный горшок не отпускает из своих дряхлых рук. Он жадный, теперь, когда мы снова собираемся сражаться с персами, как он может упустить такой прекрасный шанс и не напасть на нас со спины?».
«Не говоря уже о том, что теперь, когда союз закончился, его уже ничто не сдерживает». — добавил Тимасион.