«Пиксус, еще один портовый город в регионе Лукании, и это сильный город в Луканийском альянсе, он был только вторым после Грументума, и я слышал, что это также город из камня». — Вместо того чтобы сначала упомянуть Грументум, Изам перевел тему на Пиксус.
Город из камня! Услышав это, его разум всколыхнулся. Согласно его пониманию за последние шесть месяцев, греки любят строить города из камня, в то время как горные племена используют дерево для строительства своих городов. Уже есть прецедент — Лаос, и это тоже портовый город, поэтому он подозревает, что Пиксус также был захвачен луканцами у греков.
«Пиксус и Лаос вели морскую торговлю, поэтому в Лаос пришла некоторая информация от купцов и моряков Пиксуса. Они рассказали, что большинство воинов Грументума погибли в наших руках, и хотя Акпиру, великому вождю, удалось спастись, он потерял сознание даже сейчас. После распространения этой информации многие племена, насильно присоединенные Грументумом, стали выходить из-под контроля Грументума, и Грументум был бессилен остановить их, потому что вожди Грументума были заняты борьбой за место великого вождя. Первоначально сила племени Акпира все еще была самой мощной среди всех племен города, но его сын Лусау встретил сильного противника, которым оказался Геннат, сын Цинциннага, великого вождя Пиксуса».
Тут Изам замолчал, скрутил сушеную смокву и сунул ее в рот.
Глава 133
«Раз ты сказал, что Геннат — пиксосец, как он может бороться за место великого вождя Грументума?». — с сомнением спросил Асистес.
Изам деликатно остановился в кульминационный момент, а теперь усмехнулся: «Потому что Акпир выдал свою дочь замуж за Генната, чтобы они могли сделать Пиксуса своим союзником. Поэтому Грументум и великий вождь Пиксус стали семьей, а Геннат стал зятем Акпира. Говорили также, что Цинциннаг купил нескольких вождей Грументума, поэтому Геннат мог заручиться поддержкой некоторых племен Грументума. Однако у Лусау не было другого выбора, кроме как попросить помощи у другого могущественного племени Лукании, а именно у Потенции, и Цинциннаг также немедленно обратился к ним за арбитражем, но Потенция не сделала никакого заявления. Теперь, когда обе стороны собрались вместе, купцы и моряки говорят, что в любой момент может разразиться большая война, чтобы решить, кто станет великим вождем Грументума».
Давос не ожидал, что война не только расколет луканский альянс, но и изменит структуру власти в луканском регионе. Теперь, когда повсюду возникли подводные течения, это станет отличной возможностью для Амендолары.
«Ты можешь сделать карту Лукании?». — срочно спросил Давос. Перед уходом Изама он неоднократно просил его об этом.
«Да». — подтвердил Изам.
И вот все трое пришли к песку во дворе дома. Затем Изам тщательно нарисовал карту палкой, а Асистес стоял в стороне с пергаментом и тростниковым пером. После того как Изам закончил свой рисунок, он начертил карту на пергаменте.
Давос внимательно рассматривал карту и слушал Изама.
Он обнаружил, что горная дорога к западу от Турии ведет не прямо в Лаос, а между Лаосом и Нерулумом. Город Лаос, расположенный в устье реки Лао, охраняет сухопутный проход из области брутти в область луканцев, а город Верги из Брутти является барьером брутти для предотвращения вторжения луканцев. По сравнению с Лаосом, Нерулум более важен для Амендолары, потому что он охраняет проход на север в Луканию, и только заняв его, Амендолара может иметь различные возможности для дальнейшей оккупации Лукании.
«Изам, информация, которую ты принес, очень важна. Ты внес большой вклад в развитие города-государства! Поэтому я решил создать разведывательную группу, и ты будешь ее капитаном. Пока в ней будет только 20 человек, можешь пойти в каждую бригаду и выбрать себе людей». — Пока Давос хвалил его, он также немедленно выполнил свое обещание.
«Архонт, спасибо!». — Изам чуть не подпрыгнул от волнения.
«Возвращайся домой поскорее. Твоя жена, наверное, очень соскучилась по тебе, раз тебя нет дома больше десяти дней! Кстати, вдоль реки Сирис построили водяное колесо, чтобы отводить воду на ваши поля, так что больше не придется беспокоиться о том, чтобы принести воду».
«Отлично!». — Изам был так счастлив, что поспешил на улицу.
«Подожди». — Давос остановил его, а затем попросил рабов принести два больших кувшина вина и сказал: «Раз уж тебе так нравится вино, то возьми его домой и пей медленно».
Изам еще раз выразил свою благодарность, затем взял по одному в каждую руку и счастливый пошел домой.
«Архонт, он слишком груб». — Асистес был недоволен поведением Изама в гостиной.
«Он кардухианец». — рассмеялся Давос: «Асистес, не придавай слишком большого значения этим поверхностным вещам, главное здесь и сейчас».
Давос указал на свою грудь и голову, затем сказал: «Изам успешно выполнил задание, которое я ему дал, а это нелегко. Он талантливый человек. Если кто-то талантлив и неплох, то мы должны его использовать, верно?».
«Да, господин».
«Теперь, когда мы знаем ситуацию в Лукании, как мы должны ее атаковать? Иди назад и подумай об этом, а завтра приходи, и мы все хорошенько обсудим».
***
После завтрака Куногелат вдруг почувствовал дискомфорт в груди, поэтому ему пришлось с помощью рабов отправиться в «больницу» в Амендоларе.
Больница находится в нижней части Амендолары, недалеко от городских ворот. Говорят, что для поддержки развития больницы архонт Давос специально выделил два пустых дома рядом друг с другом и отдал их Герпусу для обустройства больницы. (примечание: причина, по которой существует верхняя и нижняя часть, заключается в том, что это горный город)
До Куногелат доходили слухи в Турии, что врачи наемников Давоса отличаются высокой квалификацией, но когда он прибыл в госпиталь, то был ошеломлен увиденным. От ворот до подножия гор сотни пациентов ждали в длинной очереди, которая даже повлияла на вход и выход из городских ворот. Тогда жители Амендолары увидели возможность для бизнеса, поэтому они установили возле больницы ларьки, где продавали еду, воду, а также сдавали в аренду деревянные стулья, шляпы и так далее, что фактически превратилось в очень оживленный маленький рынок.
Антониос, инспектор, однажды доложил об этом Давосу. Кроме того, что Давос послал больше патрулей для поддержания порядка, у него нет другого выбора на данный момент, и поэтому он может только приказать эдилу Алексиусу построить большую больницу рядом со складами и трактирами после завершения их строительства, а затем вывезти больницу, чтобы восстановить движение в городе.
И вот, верный раб Куногелата отправился взять деревянный стул и попросил его сесть, а затем пошел внутрь, чтобы поискать лекаря. Однако, как только он подошел ко входу, его остановил патрульный, отвечающий за поддержание порядка. Узнав ситуацию, он сказал, что бессилен, и добавил: «Сюда пришло много людей, у которых более серьезные проблемы, чем у вашего хозяина, но они тоже стоят в очереди, как и остальные. Если только это не угрожает жизни, неважно, кто вы, вы можете стоять в очереди только снаружи».
Раб неохотно взял номерок и вернулся в Куногелату. Но неожиданно оказалось, что в больнице Амендолары кроме амендоларианцев есть и другие пациенты, в основном из Гераклеи и Турии. Когда турийцы среди пациентов увидели сидящего рядом Куногелат, они, узнав его, начали кричать на него. На некоторое время вокруг возник хаос, что заставило всех охранников у ворот подойти.
Это так разозлило Куногелату, что он даже не удосужился проверить свою болезнь и пошел домой. Но вечером его грудь начала слегка болеть, из-за чего он плохо спал всю ночь, поэтому на следующее утро ему пришлось спешить в больницу, но оказалось, что вход в больницу безлюден, и когда он пошел спросить у оставшейся там медсестры, то узнал только, что архонт Давос сегодня утром будет читать лекции врачам, и чтобы они могли сосредоточиться на учебе и обсуждении, в этот день они не будут принимать пациентов.