Существуют также временные комитеты, например, комитет по подготовке храма, который возглавляет Плесинас. Государственные деятели этих комитетов выполняют те же обязанности, что и государственные служащие, большинство из которых служат два года и сменяются по окончании срока.
Хотя октябрь не является днем всеобщих выборов в Союзе, сейчас он стал 《Законом о гражданской службе Союза》, после объявления которого различные департаменты имеют день для набора гражданских служащих, и кандидаты собираются. Когда кандидаты проходят тестирование, ответственное лицо отбирает тех, кто прошел тест, в соответствии с положением граждан.
Предпочтение отдается тем, кто служил в армии, много раз воевал, вовремя платил налоги, соблюдал дисциплину и закон, а также имел заслуги или храбро сражался в боях. Первые два пункта являются обязательными. Однако если они не служат в армии и не платят налоги, то у них нет квалификации для работы в качестве государственного служащего. А граждан с ограниченными возможностями будут проверять, не повлияет ли на их работу инвалидность.
В то время, когда государственные деятели были в замешательстве, а граждане заняты своими служебными обязанностями, Давос встречал особого гостя в своем доме в Турии.
Это крепкий мужчина средних лет, хотя на нем греческая одежда, но она не может скрыть дикость гор. Под присмотром стражников он заговорил на странном греческом языке: «Архонт Турийского союза, Авиногес из Лаоса просил меня передать тебе привет от его имени. Я его брат, Алобамус».
Давос был потрясен, но выражение его лица не изменилось, и он медленно сказал: «Лаос? Лаос из Лукании?»
«Да». — Алобамус уставился на Давоса и прямо сказал: «Хотя Лаос в настоящее время принадлежит Лукании, мой брат и я оба греки».
Давос уже знал об этом, поэтому он успокоился и посмотрел на Асиста, который был рядом с ним.
Асистес тут же спросил: «Насколько нам известно, Авиногес — важный лидер Лаоса. Перед войной между Луканией и Турией он решительно поддержал союз Лукании и Турии. Он является одним из главных врагов нашего Турийского союза, поэтому не важно, грек он или нет».
Алобамус не ожидал, что он хорошо знает об их ситуации, и бесполезно использовать ту же расовую карту, что заставило его немного заволноваться: «Лаос — это колония, построенная Сибарисом. Сто лет назад луканцы отправились на юг, когда город Сибарис был разрушен Кротоном, и ни один город-государство не послал войска, чтобы спасти Лаос. У нас, жителей Лаоса, не было другого выбора, кроме как обратиться к Лукании, чтобы спасти наш народ. Однако мы не забыли о благородной греческой крови, текущей в наших жилах. Мы по-прежнему говорим по-гречески у себя дома, поклоняемся великим Аполлону и Гере и с нетерпением ждем возвращения в Грецию. Из-за этого луканцы очень настороженно относятся к нам, притесняют нас, оскорбляют и считают другим народом. Чтобы не подвергаться их сомнениям и не быть уничтоженными ими, мы должны были делать все вопреки собственным желаниям».
Алобамус с уважением посмотрел на Давоса, затем взволнованно сказал: «И мы с братом были рады услышать, что ты, Архонт, разгромил луканский союз, имея лишь меньшее число людей. Я и представить себе не мог, что вскоре после этого ты сумел вновь повести свою армию на разгром могучего Кротона и стать хозяином Амендолары и Турии, которые прилегают к территории Лукании. Мой брат восхищен твоими великими военными достижениями и искренне надеется получить твою помощь, и позволить нам, страдающим потомкам Сибариса и города Лаоса, вернуться в объятия Греции».
Давос не был тронут похвалой Алобамуса, и только спокойно кивнул головой: «Какая помощь тебе нужна от Союза?».
«Мой брат надеется заключить союз с Союзом и вместе сражаться против луканцев, после того как вернет себе Лаос». — взволнованно ответил Алобамус.
'Конечно». — сказал Давос про себя, а затем спросил: «Что за соглашение?».
«Такое же, как соглашение с Союзом и Росцианумом». — Алобамус вспомнил, чему учил его Авиногес: «Как союзник, Союз Туа не вмешивается во внутренние дела своих союзников, вы можете только управлять дипломатической властью и военным руководством».
Очевидно, что Авиногс провел детальное расследование о Союзе и прибыл подготовленным, что показывает, что они придают большое значение этому визиту. После того, как Давос понял ситуацию, он сказал, не проявляя никакого интереса: «Понятно. Вы можете вернуться в свое жилье и подождать, пока я обсужу ваше предложение с государственными деятелями».
«Я надеюсь, что Архон даст мне ответ как можно скорее». — с тревогой сказал Алобамус.
«Почему?». — Давос сделал вид, что не понимает.
На мгновение Алобамус не смог ответить.
Давос улыбнулся, видя молчание: «Это потому, что Нерулум выбрал нового лидера и призвал Авиногеса вести свой народ в город Нерулум, верно?».
Алобамус был ошеломлен: «Союз уже всё знает?».
«Я дам ответ как можно скорее». — сказал Давос, на этот раз с уверенностью.
После того, как Алобамус беспокойно удалился, Давос спросил: «Асистес, что ты думаешь о требованиях Лаоса?».
«Архонт, как мы и анализировали ранее, Авиногес был вынужден сопротивляться, но согласно его нынешней ситуации, даже если мы предъявим больше требований, он все равно непременно согласится. Для него будет слишком хорошо, если мы дадим ему такое же соглашение, как у Росцианума». — ответил Асистес с неохотой.
Давос покачал головой: «Хотя Авиногес восстал против Лукании и может полагаться только на нас. Но если наши требования будут слишком суровыми, Авиногес будет недоволен. Если произойдет какой-нибудь несчастный случай, вполне вероятно, что он снова восстанет. К западу от гор у нас нет опоры, поэтому мы должны полностью полагаться на помощь Лаоса. Пока Лаос присоединяется к нашему союзу, мы будем иметь опору на западном побережье Апеннинского полуострова, что будет способствовать развитию торговли Союза. Поэтому мы должны иметь долгосрочное видение и не взвешивать в сравнении эти небольшие выгоды».
От слов Давоса Асисту стало стыдно, поэтому он снова и снова кивал головой, а потом услышал, как Давос сказал: «Конечно, это не значит, что мы ничего не просим. Моя просьба — Нерулум».
Глава 161
Давос срочно созвал Филесия, Капуса, Дракоса, Иеронима, Эпифана и других высокопоставленных офицеров, чтобы обсудить союз с Лаосом.
После этого он попросил срочно созвать заседание сената, и после обсуждения предложение Давоса было одобрено.
Той же ночью Алобамус снова был доставлен в дом Давоса.
«Хорошо ли ты отдохнул, наш уважаемый гость из Лаоса?». — спросил Давос шутливо.
Оглядевшись, Алобамус увидел еще несколько человек вокруг Давоса и спросил с нетерпением: «Архонт, вы приняли решение?».
«Да, после обсуждения наш Сенат решил принять Лаос в качестве союзника». — ответил Давос с улыбкой.
«Отлично». — Алобамус не мог скрыть своего волнения. Перед тем как прийти сюда, он выслушал подробное вступление Авиногеса о том, как вести переговоры с греками и о процедуре подписания договора. Для такого важного события греки проведут встречу, и потребуется два-три дня повторного обсуждения, пока не будет достигнут результат. Неожиданно оказалось, что для принятия решения Союзу понадобилось всего полдня.
«Но я слышал, что Нерулум послал 800 солдат в Лаос. Сможете ли вы с братом легко захватить Лаос?». — с беспокойством спросил Давос.
После предыдущего разговора Алобамус не удивился, почему Давос так хорошо знает Лаос. Поэтому он уверенно ответил: «Нет проблем. У нас не только более тысячи солдат, но и рабы в порту — потомки сибаритов, как и мы, и они готовы выполнять наши приказы. Мы живем в Лаосе уже не одно поколение, а новоприбывшие луканцы даже не знают, сколько в Лаосе улиц. Как они могут быть нашими противниками. Просто после того, как мы захватим Лаос, на нас обязательно нападут Нерулум или даже Грументум, поэтому нам нужна ваша поддержка».
«То есть, риск в процессе захвата города невелик. Но после захвата Лаоса это может привести к возмездию со стороны луканцев, верно?». — терпеливо спросил Давос.