После приема лекарства Тахикиро сделалось лучше, она позволила девушкам натереть себя ароматными маслами и, переодевшись и поблагодарив гостеприимного старосту, села в свой паланкин. Провожать ее, как знатную даму, явилась вся деревня, включая четырех лохматых собак, принадлежавших, по всей видимости, местным охотникам.
Когда носильщики — четыре крепких деревенских парня — подняли легкий паланкин с сидящей там Тахикиро, староста неожиданно остановил их, подбежав к ней.
— Простите меня, госпожа, — он повалился на колени перед паланкином воительницы, — простите меня, госпожа, но я, старый дурак, совсем не умею производить дознания. Этим обычно занимается Хёбу-сан. — Он повинно склонил голову перед ничего не понимающей Тахикиро. — Только что крестьянин, которого вы изволили ранить мечом, признался, что он и его брат собирались совершить низость по отношении к вам! — Он ткнулся лбом в дорожную пыль. — Нет за это мне прощения, нет прощения всей деревне, рядом с которой могло произойти такое! Подскажите, госпожа, могу ли я что-нибудь сделать для того, чтобы хоть немного оправдаться перед вами за допущенную грубость и неуважение к вашей персоне?
Тахикиро с нежностью посмотрела на ползающего перед ней в пыли старосту. Ей нравился этот добрый, гостеприимный человек, заботы которого вернули ее к жизни, тем не менее ей следовало позаботиться и о собственной чести, а значит, и о чести своего господина и мужа.
Она наморщила лоб, некоторое время взвешивая в уме вину деревни и ее помощь ей, и наконец приняла нелегкое решение.
— Деревня ни в чем не виновата. Если бы ваши люди изнасиловали меня, мне бы пришлось прислать сюда самураев, которые изрубили бы всех жителей, включая грудных младенцев и стариков. Но поскольку насилия не произошло, — она задумалась, чувствуя повисшее в воздухе напряжение, — я разрешаю вам… господин староста, у вас есть большой котел? Очень большой.
— Есть! — Староста поднял на Тахикиро немало заинтересованный взгляд.
— Ну, тогда сварите того, кто остался в живых. — Тахикиро зевнула, изящно прикрывая рот ладонью. И, не пускаясь в дальнейшие разъяснения, задвинула занавески. Носильщики тронулись с места.
Глава 18
СТАРЫЙ ДРУГ
Умирая на поле боя, заставь себя лечь таким образом, чтобы пришедшие за твоим телом видели, что ты умер лицом, повернутым в сторону врага.
Проводить Ала с дочкой в додзе, где их обещал принять Кияма, вышел сам управляющий замком Мицусигэ-сан, что уже была большая честь для незваного гостя.
— Обычно господин принимает гостей в своих личных покоях, — доверительно сообщил он Алу, украдкой оглядывая изящную фигурку Гендзико, — но эта неделя выдалась невыносимо жаркой, и там, — он показал наверх, — сущий ад. — Даймё примет вас в зале для медитации, самом прохладном и милом зале этого замка. — Он улыбнулся. — Надеюсь, что стихия воды дружественна легендарному кормчему, командиру отряда «Акула»? — Царедворец вежливо поклонился Алу. — Ваш визит — великая честь для нашего замка.
Они прошли по узкому коридору с ровно подогнанными друг к другу белоснежными татами и спустились на несколько ступенек вниз, где дежурившие самураи вежливо отодвинули золотистую — занавеску, открывая перед гостями небольшое прохладное помещение, по стенам и потолку которого дивным образом перекатывались серебристые волны.
— Какое чудо! — откровенно восхитилась Гендзико, рассматривая диковинку.
Все трое прошли в додзе, где уже были разложены удобные седельные подушки, а за окном светилось небольшое искусственное озеро, около которого росли несколько деревьев, ветви и кроны которых плотно прилегали к каменным стенам.
— Это любимое место нашего господина, да и мое тоже, — управляющий с удовольствием втянул в себя влажный воздух. — Извольте полюбопытствовать, со стороны садика исходит приятная прохлада, здесь можно просто сидеть часами и смотреть на воду. Жаль, что вы прибыли сейчас, а не через две недели. — Он подошел к окну и показал на круглые плоские листья лотосов. — Очень скоро появятся розовые и белые бутоны, и тогда можно сидеть здесь и час за часом дожидаться, когда они переполнятся жизненной силы и… обычно это происходит так: щелчок, еще, еще. Чудо — все они открываются практически одновременно. — Управляющий зажмурился, сжав кулаки, — щелк, щелк, щелк, его пальцы резко раскрылись наподобие лепестков цветов, лицо светилось радостью. — Когда на ваших глазах распускаются лотосы, и вы видите то, чего не видел до вас ни один смертный… открытие цветка — это как откровение Всевышнего… Впрочем, простите, кажется, я совсем заболтал вас. Если вид озера кажется вам слишком… слишком… — он не смог подобрать нужного слова, — я могу закрыть седзи, — он задвинул внутренние ставни, так что теперь отблески солнца на воде весело побежали по прозрачной рисовой бумаге. — Прошу вас, будьте как дома, господин молится сейчас во внутреннем храме и просил меня развлекать вас. Хотя… не хочу показаться навязчивым. Прошу вас, устраивайтесь поудобнее, и если вам что-то понадобится, снаружи стоит пост. Скажите самураям, и они пришлют к вам служанок. — Управляющий низко поклонился гостям и исчез за занавеской с изображением змеи — гербом ордена «Хэби».