Вдруг он забился под ножом волшебницы с новой силой. Маг извивался и бился об пол. В Орсе снова стало нарастать желание его уничтожить.
Неожиданно маг схватил её за руку.
Капитан выругалась. Незнакомец вцепился ей в запястье мёртвой хваткой. Кожа в месте его прикосновения стала отчаянно зудить. Орса попыталась отстраниться, но он не пустил её. Волшебство напитало воздух между ними. Запястье заболело почти нестерпимо. Все органы сжались. Паразит взревел, подался навстречу чужому прикосновению. Лицо Орсы исказила агония. Ей показалось, что вся магия, которую она с таким тщанием погружала в сон на протяжении многих лет, собралась в одной точке на теле. В руке, там, где этот червь касался её. Захотелось ударить по полу и смять металл; захотелось отгрызть себе руку.
Вспышка. Маг изогнулся в путах заклятия последний раз, после чего резко сбросил с себя Селай и исчез, оставив после себя только быстро развеивающееся облачно голубой дымки. Волшебница вскрикнула и, едва не упав, вцепилась в формирующие коридор перекладины. Нож выпал у неё из руки и с лязгом скрылся где-то внутри каркаса.
— Чёрт! — воскликнула Селай в голос, как только ей удалось снова ощутить устойчивое равновесие. — Что он…
Орсу трясло. Паразит рокотал, изливая ей в душу странную смесь презрения и довольства.
— Ушёл, — протянула волшебница.
— Ушёл, — подтвердила капитан, стуча зубами. Ей было очень холодно.
— Ладно… Не думаю, что он захочет вернуться в ближайшее время. И не думаю, что мы узнали бы от него что-то полезное.
Это слабо утешало. Чувство, что они упустили добычу, угнетало. Орса села поудобней, опираясь спиной о резервуар с газом. Селай придвинулась поближе.
— Что это было? Он… присосался к тебе, да? Воспользовался силой твоей магии?
— Наверное, — капитан картинно пожала плечами. — Я не очень часто с таким сталкиваюсь, знаешь ли.
— Злая она у тебя… — Селай задумчиво цыкнула языком, игнорируя её колкое замечание. — Я сковала его достаточно сильным заклинанием… Ни разу не видела, чтобы подобное вот так запросто разбили. И знаешь, что ещё?
— Что?
— Она была не против. Твоя магия. Она это специально сделала. Осознанно… Если ты веришь в сознание волшебства.
— А вот это меня как раз не удивляет… — с саркастичным вздохом протянула Орса. — Я же тебе рассказывала. Мы с ней не совсем в ладах.
Двигатели теперь гудели ровно, так, как всегда. Все звуки снова начали складываться в привычную «Пратчетт» мелодию. Это успокаивало. Орса прикрыла глаза.
— Это всегда так, — продолжила она. — Чуть кто станет колдовать рядом, она ликует. Пытается заставить меня присоединиться. Иногда находит способы… войти в резонанс самостоятельно. И я становлюсь своего рода… катализатором. Хотя это никогда не было настолько…
Она примолкла, подбирая подходящее слово.
— Настолько обидно? — предложила Селай.
Орса усмехнулась.
— Ну да, пусть обидно…
Некоторое время они молчали, внимая оглушительному шуму механизмов. Капитан приоткрыла глаза и поймала пытливый взгляд чёрных глаз.
— Мне жаль ножа, — призналась волшебница с лёгкой печальной улыбкой на губах. — Он мне нравился. Впрочем, ладно. Это было для дела.
— А что, ты не смогла бы его вернуть? — полюбопытствовала Орса. — Я имею ввиду, магией. Поправь, если я ошибаюсь, но не ты ли кричала, что телекинез — простейшее из заклинаний?
Селай звонко рассмеялась.
— Да, может, и смогла бы… Но ведь мы договорились. Никакой магии на твоём дирижабле. Я и так нарушила данное тебе обещание, — она игриво склонила голову набок, рассматривая лицо Орсы. — Я смирюсь с тем, что потеряла этот нож. И понадеюсь, что это будет наихудшая из потерь, которую мы испытаем за этот полёт. Мы обе, — уточнила она зачем-то.
Её взгляд всё ещё напоминал о недавно применённой магии. Чёрные глаза влажно и восторженно блестели. Селай выглядела, как показалось Орсе, немного пьяной от ощущения собственного магического могущества. Это выражение было ей знакомо и выглядело так же отталкивающе, как и много лет назад.
Но теперь Орса не могла отвести взгляд от волшебницы. В том, как это пугающее выражение изменяло красивое лицо Селай, было нечто прекрасное.
***
Они стояли вдвоём у того самого иллюминатора, в который Селай влезла при их первой встрече. Далеко впереди маячил, окутанный предрассветным туманом, город, к которому они так стремились. Селай надеялась найти там убежище, в котором смогла бы спрятать своё изобретение; Орса просто везла туда почту. Теперь цель казалась недостижимой.
— Мне снились беспокойные сны, — поделилась Орса, не отрывая взгляда от далекого и неприступного города за стеклом. — Это всё твоя спираль. Мой паразит сходит с ума.
— Прости, — без тени раскаяния в голосе извинилась Селай. Волшебница смотрела на капитана неотрывно, чтобы это заметить, не нужно было стараться.
— Не стоит, — Орса вздохнула и прижалась лбом к ледяному стеклу, надеясь хоть немного охладить свои кипящие мысли. — Мне снился лес… Знаешь, как давно мне не снился лес? — она улыбнулась уголками губ. — Наверно, с тех самых пор, как я перестала сходить на твёрдую землю… Мне снилось, что я была внутри деревьев, текла по ним вместе с древесным соком, от корней к самым верхним ветвям, и затем — снова, вниз, к корням… Я была везде, я была всем, но я чувствовала себя в клетке. Кора сковывала меня, не пускала к солнечному свету. И в лес приходили люди — но никому из них было не услышать мой зов…
Капитан замолчала. Селай покивала, будто бы с пониманием. Орса и не надеялась на поддержку — просто говорила, чтобы заполнить тишину — но неожиданно пауза между ними повисла в воздухе печальной нотой.
Волшебница потупила взгляд, как будто переживала, даже стеснялась ответить ей.
— Мои сны всегда наполнены огнём, — прошептала Селай совсем тихо. Капитан всё-таки оторвала взгляд от вида где-то вдалеке.
— Звучит… тревожно.
— Для кузнеца в этом нет ничего пугающего. Пламя окутывало меня каждую ночь, но вместо боли я ощущала силу. Магия питала её, и я в этих снах изгибала пространство, придавая ему причудливые формы, так же, как наяву я изгибаю металл. Но сегодня было иначе. Мне снилось трепещущее пламя на ледяном ветру, холодный разреженный воздух под самым небом, пронзительное одиночество. Ветер ревел где-то далеко голодным зверем, а я тянулась к огню и не чувствовала его тепла. Больше всего мне хотелось, чтобы моё пламя снова растеклось по венам…
Орса криво улыбнулась:
— Совсем тебе не нравится моя «Пратчетт»?
— Может, мне просто ты не нравишься со своими идиотскими запретами, — грубо отшутилась Селай. Она подняла голову, оторвавшись от изучения своей обуви, и встретилась взглядом с Орсой. Чёрные глаза волшебницы смотрели смятённо и решительно. Капитан не удержала смешка. Селай тоже рассмеялась.
Некоторое время капитан наслаждалась возможностью очарованно глазеть на магичку, осознавая, что та, как минимум, немного преувеличивает глубину своих негативных чувств. Впрочем, вскоре тревожные мысли снова овладели её разумом, и она сникла.
— Что думаешь делать? — поинтересовалась волшебница, когда веселье, проскочившее между ними, окончательно сошло на нет.
— Я не знаю, — Орса устало потёрла переносицу. — Совсем не знаю…
Стоило им начать праздновать своё скорое прибытие, когда до причальной мачты оставалось с полчаса лёта — всё пошло наперекосяк. Поднялся чудовищный шквальный ветер — он никак не мог иметь естественное происхождение — и чуть не обрушил дирижабль. Небо наполнилось огнём и молниями. Орса приказала сменить курс, и они, казалось, еле успели убраться подальше. Теперь «Пратчетт» кружила вокруг города по широкой орбите, а команда, пребывая в угнетённом расположении духа, пыталась придумать дальнейший план действий. Несколько раз они предпринимали попытки подобраться к заветной мачте с других сторон — каждый раз шторм возвращался, и они поворачивали назад.