Мне слишком больно, чтобы спать. Ледяные объятия беспамятства не дали мне отдыха, я истощена. Взгляд падает на скрюченное тело Заниб. Гематофаги неподвижны. Похоже, со смертью носителя погибли и паразиты. Хотя, наверное, так бывает не всегда. Возможно, мне просто повезло, и доза, которую я вколола Заниб, прошла и через их кровеносную систему тоже. Может быть они способны выживать после смерти носителя, а эти двое просто не справились.
Я подползаю к Заниб, не в силах сдержать стон и с трудом переворачиваю ее на спину. Протягиваю руку, пальцы дрожат, когда я выдергиваю самку из ее глаза. Вместе с ее хвостом выходит кусок серого вещества. Я вздрагиваю, но мне слишком любопытно, чтобы не продолжать.
- Свет ярче, - хриплю я, и освещение поднимается с уровня романтического свидания до уровня, позволяющего мне что-то разглядеть.
Это отвратительно, но я беру голову моей возлюбленной в руки и смотрю в ее черепную коробку. К.П. все еще прикреплен к маленькому комочку непереваренных мозговых тканей почти у самого горла.
Крошечные прозрачные шарики усеивают пустое пространство, где был ее мозг. Яйца, - понимаю я с дрожью. Гематофаги спаривались в ее голове, совокуплялись и размножались. Они прикрепились прямо к самой малой части ее мозга, которая еще могла функционировать на животном уровне, и затем дергали за нервные окончания у основания позвоночника, как за нити марионетки.
Я хватаю труп К.П. и с яростью дергаю. Сначала он не поддается, но после нескольких долгих, сильных рывков мне наконец удается оторвать его от черепа Заниб. Я бездумно бросаю его рядом с его подругой. Пришло время обнять мою возлюбленную в последний раз.
Я прижимаю ее голову к себе - она пугающе легкая - и кладу себе на колени, мягко гладя ее по волосам.
- Прости меня за это, Заниб. Мне очень жаль. Я думаю, мы могли бы быть счастливы вместе. По крайней мере... нам было бы весело.
Я слишком оцепенела, чтобы думать о чем-то, кроме собственного горя, но теперь другие заботы начинают поднимать свои уродливые головы в моем тревожном состоянии. Почему, например, никто не пришел проверить? Нас обеих не было на посту уже несколько часов.
Затем я вспоминаю о лаборатории Заниб. Лебедка жужжала, и я была уверена, что она там. Сколько гематофагов она принесла на борт? Сколько их она занесла случайно? Если один К.П. смог ее одолеть, а потом привести на борт свою пару, сколько еще паразитов они протащили сюда намеренно, уже управляя телом Заниб? И насколько далеко распространилось заражение по офису?
Мне нужно встать, но все кажется странно перевернутым. Моя бывшая горизонтальная койка теперь вертикальна. Правая переборка теперь - пол. Похоже, весь офис перекосило на девяносто градусов вправо.
- Ооо, - вырывается у меня, когда я с трудом поднимаясь на ноги.
Мир плывет перед глазами, прежде чем наконец вернуться в нормальное состояние, если не считать несколько цветных пятен, то и дело вспыхивающих в поле зрения.
Все перевернуто вверх дном. Но электроника, по крайней мере, похоже, работает. Я хватаю свой комбинезон и, с трудом, засовываю себя в него. От пульсирующих ран меня бросает в жар, поэтому я завязываю комбинезон на талии и натягиваю футболку.
С трудом, стараясь не дать ему выскользнуть, я достаю из кармана планшет. Весь экран мигает красным, и на нем отображается объявление о том, что офисная связь отключена из-за чрезвычайной ситуации. Вот уж очень полезная информация.
Я направляюсь к шлюзу, который открывается, но мне приходится карабкаться вверх, чтобы пройти через него, потому что он перпендикулярен своему обычному положению. У меня это не очень хорошо получается. Мне нужно поесть, так что столовая кажется мне хорошей целью. Возможно, там есть кто-то еще. Вообще самое логичное сейчас - встретить хоть кого-нибудь поблизости и выяснить, что происходит.
Аварийное освещение - единственный источник света. Вдалеке воет сирена, что кажется мне странным. Я думала, что аварийную сирену слышно в любом месте офиса. Я слышу отчетливый шипящий треск лучемета позади. Оборачиваюсь и вижу, как еще одна полоса света проносится по коридору перпендикулярно тому месту, где я лежу, пытаясь отдышаться. Запах озона ударяет мне в лицо, и я вскакиваю на ноги.