- Может, нам стоит попытаться поговорить с Келли, прежде чем убивать ее.
Остальные трое смотрят на меня, по крайней мере двое с ужасом.
- Хочешь рискнуть жизнью? Давай.
- Да, я хочу попробовать. Только, пожалуйста, не стреляйте сразу.
Я нажимаю несколько кнопок. Гематофаги не заблокировали шлюз, поэтому у меня есть надежда, что Келли просто мертва, а не заражена. Это довольно удручающая мысль. Я дошла до того, что желаю смерти своим друзьям, потому что это лучше, чем альтернатива.
Шлюз открывается, и остальные трое вздрагивают почти одновременно, убирая головы из поля зрения любого, кто может быть внутри. Я смотрю в зеркало. Внутри слишком темно, чтобы что-то видеть.
Я протягиваю руку, хватаю Милли, свой осветительный шар, и подталкиваю ее в отсек управления. Она не может осветить всю комнату, но я вижу ряды столов, украшающих стену, как трофейные головы животных в охотничьем домике. В отличие от столовой, где столы и стулья были легкими и (теоретически) не представляли опасности падения, если офис перевернется, столы в управлении тяжелые и привинчены к палубе, которая теперь является правой переборкой, если смотреть внутрь.
- Есть кто? - кричу я.
Ниа вытаскивает свой лучемет из проема и разворачивается, сканируя коридоры. Возможно, я произвожу достаточно шума, чтобы привлечь других гематофагов.
- Кто там? - отвечает хриплый голос изнутри.
Я не могу понять, кто это. Звучит так, будто у нее ангина.
- Пейдж Амброзиак.
- Рада слышать тебя, Пейдж! - отвечает хриплый голос.
- Это ты, Келли?
- Я.
- Я тоже рада наконец встретиться с тобой лично. Ты можешь выйти? Боюсь, нам придется держать оружие нацеленным на тебя, но ты понимаешь, да?
- Я не могу выйти, Пейдж.
- Она заражена, - рычит Ниа.
- Я единственная, кому не все равно, жива ты или мертва, Келли, - это прозвучало неправильно. - Прости. Я хочу сказать, что тебе нужно сотрудничать со мной.
- Дело не в том что я не хочу. Я не могу выйти. Я заперта, понимаешь?
- Можешь включить свет?
В управлении вспыхивает освещение, и мне приходится отвернуться. Оно не яркое - совсем нет. Но мы так долго пробирались в полумраке темных коридоров, полагаясь лишь на аварийные огни и шары-светильники, что теперь даже обычный свет заставляет глаза слезиться.
Когда свет зажегся, я вижу, что столы на дальней стене выстроены в идеальные ряды, как маленькие игрушечные солдатики, кроме одного. Один упавший солдатик.
Келли лежит под нами, придавленная упавшим столом. Болты, которые должны были крепить его к палубе, болтаются в своих петлях. Келли смотрит на меня и бледно улыбается. Она симпатичная девушка. Молодая. Слишком молодая. А еще она бледная как привидение. Виден только ее торс. Ее ноги и бедра придавлены столом.
Она машет мне рукой, как будто мы случайно встретились на прогулке. Я машу в ответ.
- Как ты, Келли?
Она кашляет.
- Не очень хорошо. Я застряла.
Я смотрю на трех остальных членов команды.
- Я вытащу ее оттуда. Мне все равно, поможете вы или нет.
- Это не миссия, - ровно говорит Хайме.
- Миссия ведет нас через управление в инженерный отсек, - говорю я.
- Тем не менее, - говорит Хайме, - помощь этой женщине отнимет недопустимо много времени.
- Что, по-твоему, "недопустимо", Хайме?
- Любое количество времени недопустимо, - говорит Хайме. - Мы в незавидном положении: гонимся за временем, не зная, сколько его осталось. Как указала Ниа, в любой момент паразиты могут затопить систему водоснабжения. И тогда вообще все это будет напрасно.
- Рада, что здесь есть кто-то, кто мыслит здраво, - ровно говорит безкожая.
- Значит, если я застряну, вы можете и меня бросить?
Ниа смотрит на меня.
- Я бы разочаровалась, если бы ты не сделала того же.
- Ну, ты - пленница. Тебе повезло, что ты вообще на свободе. А там, внизу, - один из моих товарищей по команде. Она имеет значение.
- Забавно, как ты в один миг умудряешься превращаться из эгоистки в праведницу. Ладно, я для тебя мало что значу, но, если уж на то пошло, что, если твоя ненаглядная подружка внизу уже давно заражена и это просто ловушка? Если она все это время была жива, почему она не связалась с нами и не сообщила?
- Потому что корабельная связь была отключена, помнишь? И у нее там нет одного из этих маленьких телефонов.
- Может быть. Или, может, она, блядь, заражена. Мы могли бы исключить эту переменную, пристрелив ее прямо сейчас.
Я сверлю ее взглядом.
- Кто бы стал притворяться, что застрял вот так? Она не безкожая, знаешь ли.