- Да ты - развалюха просто в хлам.
Я и сама это знаю. Меня трясет, пот заливает лоб и глаза. Она смотрит на меня.
- Это будет дорого тебе стоить.
- Все нормально. У меня есть работа.
Австралия издает короткий, сдавленный, довольный хрюкающий звук.
- Неужели? Надеюсь, ты хочешь, чтобы в твоем чеке стояла моя стандартная строка от "Независимой компании по обработке данных"?
- Если не сложно.
Австралия проводит моим кошельком по терминалу. Я не против. Дело не в том, что я ей доверяю, просто больше всего на свете я хочу просто лечь и умереть, и мысль о том, что она меня обманет, - сейчас наименьшая из моих проблем.
Я хватаю Пиви за ухо и с силой прижимаю ее голову к столу. Ее рот открывается и закрывается, как у рыбы, пока она пытается осознать, что происходит, а затем вырваться, но я держу ее крепко. Я наклоняюсь и шепчу ей на ухо.
- Хорошая попытка, сука.
- Амброзиак! - бормочет она сдавленным голосом.
- Да, это я. Самооценка у тебя примерно в четыре раза выше, чем интеллект. Видимо, поэтому я еще жива.
В панике она начинает вращать глазами в поисках выхода.
- Ты вызвала охрану?
Я качаю головой и, поняв, что она не видит жеста, отпускаю ее и сажусь напротив, верхом на стул.
- Нет. Охрана за тобой не придет. Это слишком банально. А я не люблю банальностей.
Медленно, левой рукой, которая трясется так сильно, что ей приходится хлопнуть по дозатору, чтобы впрыснуть дозу успокоительного, она поднимает голову и смотрит на меня. С видом загнанной жертвы она тянется и осторожно трогает свою вмятую челюсть.
- Что... что ты собираешься делать?
- Прямо сейчас? Пару часов поработаю в архиве, а потом отправлюсь на "Боргвардт". Помнишь, ту работу, которую я у тебя из-под носа увела?
Я встаю и пинком отшвыриваю стул, который дребезжа по плитке пола с глухим ударом врезается ей в колени. Не сильно, знаю, но как же приятно.
- Постой!
Все взгляды в архиве мгновенно устремляются на нас. Я приподнимаю бровь и упираю руки в бока, выжидая. Она оглядывается, смутившись от своей вспышки, хотя уже, кажется, осознает, что влипла по-крупному. Мы выросли вместе, но у меня всегда было больше связей, чем у Пиви. У меня есть друзья. Меня любят. Ее - просто терпят.
Она приближается. Заинтересованные взгляды, видя, что мы просто шепчемся, отворачиваются.
- Что... то есть... что ты мне сделаешь?
- Тебе? А с какой стати мне тебе что-то делать?
Она смотрит на меня.
- Ты не отомстишь?
- Академия - это минное поле, Пиви. Змеиное гнездо. Нам это сказали в первый же день. Не могу же я срываться каждый раз, когда меня кто-то укусит, верно?
Она почти расслабляется.
- Значит, мы можем забыть старое...
Я втыкаю палец ей в грудину.
- Однако не забывай: ты тоже на этом минном поле. Оглядывайся, девочка, потому что никогда не знаешь, когда рванет.
Я издаю горлом низкий, гулкий звук - будто взрывается бомба, - и показываю это жестом в воздухе растопыривая пальцы. Пиви бледнеет до цвета унитазного кафеля.
Я гордо ухожу, довольно улыбаясь. У меня нет на нее никаких планов. Мысли, конечно, мелькали, но ни одну задумку не осуществить до моего отлета со станции. Пиви никуда не денется. Хотя, может быть психанет и решит дать деру. Но в любом случае она будет ходить и оглядываться еще очень и очень долго. И пока что этого достаточно.
3
Шлюз открывается. Я не поднимаю глаз.
- Привет, незнакомка!
Соседка по каюте. Надо было прописать в контракте, что хочу жить одна. Но я это упустила. Бурчу что-то невнятное и переворачиваюсь на койке, поворачиваясь к ней спиной.
- Меня зовут Заниб. А тебя? Эй? Ты не глухая, случаем?
Деревенщина. Наверное, откуда-нибудь с кукурузных полей Тафра-Нэлл. Отлично. Я переворачиваюсь обратно.
- Слушай... Заниб, да?
Она улыбается, голова дергается, как у птички. Симпатичная девушка. Смуглая кожа. Карие глаза. Два одинаковых хвостика. Может, я и переборщила с резкостью. Да и черт с ним - такая вот у меня натура.
- Может, пропустим ту часть, где ты пытаешься быть невыносимо жизнерадостной, а я пытаюсь языком тела дать понять, что не хочу, чтобы меня трогали, а ты делаешь вид, что не замечаешь, или замечаешь, но веришь в безграничную силу доброты, и в итоге я проникаюсь твоим искрящимся обаянием и начинаю вылезать из своей раковины - и сразу перейдем к той части фильма, где мы ссоримся, и я жалею, что задела твои чувства и больше с тобой не разговариваю?