Это древние Боги?
Сначала еле слышно, я даже не понимаю, человеческий ли это язык, или ангельский, потом я начинаю различать слова, но не могу пошевелить ни единым мускулом тела. Как будто сонный паралич.
— …Ну и зачем она Вам?
— Мне интересно.
— Во имя Осириса и всех Богов Нила, что в ней такого интересного?
— Не юродствуйте.
— И в мыслях не было! У нее что, сверхспособности? — голос мужской, и какой-то знакомый, только я не могу вспомнить…
— Не передергивайте… — Второй голос как будто намного моложе, мягче, с еле уловимым акцентом. — Ни у кого из людей нет сверхспособностей.
— Тем более! Тогда в чем смысл? Толку от нее нет практически никакого. Ни нам, ни этому юному ирландскому уголовнику… Ну, ладно, допустим, ему может и есть какой-то смысл… Удовлетворить свои… потребности. А Вам-то что с нее?
— А Вам?
— Бро-о-осьте, — гудит тот, что постарше. — Мы не в дурацком дамском романе, где за одной девицей охотятся трое… Или в романе?
— У меня есть теория…
— Да у Вас на все есть теория. Куда ни посмотри – сплошные Ваши теории и эксперименты. Вы только эксперименты ставите, а остальные за Вами пробирки моют.
— Не правда. Вы не моете.
— Да Вы поняли о чем я говорю… Ладно, допустим… Эм-м-м… Ну, допустим. Ладно, я предлагаю пари.
— Меня сложно назвать азартным человеком…
— Да Вас в принципе сложно назвать человеком, точка! — и такой смешок, как от удачной собственной шутки.
— А Вам, по всей видимости, снова скучно. Заняться нечем? Хотите, я найду Вам работу? Интересную, увлекательную…
— Вот спасибо, работы у меня и так по горло.
— Не захлебнитесь.
— Да вашими молитвами!
— Я бы не стал просить у Вас помощи, но… Мы должны выяснить все первыми, до того, как у нас потребуют выдать убийцу Леонарда Росси. Мы должны принять меры.
— Вы серьезно думаете, что это была она?
— Я не исключаю такой возможности, точнее, я думаю, что это была не совсем она.
— Раздвоение личности? Доктор Джекиллл и Миссис Харт?
— Я думаю, она слишком хорошо притворяется.
— Она сказала, что ничего не помнит.
— Вы ей верите?
— Она сказала, что не помнит убийство Росси, но кроме того…. Она не помнит собственную свадьбу.
Руку пронзило что-то острое.
— Еще образцы?
— Материал лишним не бывает.
— Ну, я думал, Вы взяли все, что Вам нужно еще в допросной.
— Теперь мне нужен чистый образец.
— У Вас какая-то странная маниакальная любовь к стерильности.
— Вовсе нет, просто мне нравится все держать под контролем. Это Вы у нас – чистый хаос.
— И с кем из них двоих Вы бы хотели поговорить?
— Мне более интересна Миссис Харт.
Голоса вдруг замолкли, только писк оборудования сообщал о том, что я не оглохла. Вселенная зависла, разбившись внезапно о ледяной шепот на ухо.
— И кто же из них двоих нас сейчас подслушивает, м?
В нос ударил едкий запах хлорки и пороха, и меня снова затянуло во тьму.
Там я и осталась.
* * *
Знаете, есть такие раскраски по номерам? В свое время моя маман ими очень увлекалась. Был у нее период, где-то между картой желаний и лекциями Тони Роббинса. Кстати, это было одно из ее самых безобидных увлечений.
Сами посудите. Ты выбираешь, любой шедевр мировой живописи, скажем собак, играющих в покер, или «Лилии» Моне. Заказываешь на Амазоне специальный набор для рисования, и считай – ты художник. Тебе приезжает схема, поделенная на сектора с циферками, которые нужно закрашивать, краски определенных цветов, кисточки и образец того, что у тебя должно получиться в итоге, чтобы ты смотрел, и вдохновлялся… В общем – полный набор. Тебе даже думать не нужно. Ты начинаешь медитативно закрашивать каждый сектор картины своим цветом, и это как бы должно успокаивать. Теоретически, ты знаешь, что должно получиться в итоге, и стремишься к этому в меру своей криворукости. Даже если на оригинального Моне ты не потянешь, то эту картинку не стыдно будет повесить над камином. И хвастаться ей при случае перед девочками из книжного клуба. Вроде как просто, и довольно прилично.