Но стоит только перепутать цвета…
И вот уже «Лилии» Моне превратились в кровавое месиво.
В такие моменты я думаю, что лучше бы моя мамочка продолжала раскрашивать картинки по номерам…
К чему это я? А к тому что, даже если у тебя есть образец, все краски, кисточки, и даже схема с номерками, и ты сто процентов уверен в результате – всегда есть вероятность объебаться.
* * *
— Тук-тук!
Я открыла глаза. Белый потолок. Белый пол. Белое постельное белье, белый монитор с черным экраном и зеленой лампочкой, белый телевизор на стене, беззвучно показывает какое-то телешоу.
Белые широкие кожаные ремни удерживают мои руки у поручней кровати.
Мило.
— Кто не спрятался, я не виноват!..
Дверь открылась, и сначала в комнату вплыл по воздуху пакет из пекарни в даунтауне. Потом показалась рука. Рука покачала пакет в воздухе.
Манжет зеленой сорочки. Блестящие запонки. Фиолетовый пиджак рукава.
— Служба доставки «Джестер Джет»! Я пришёл с дарами.
Молодой, стройный как танцовщик, мужчина. Русые волосы зализаны назад.
Он повел носом в воздухе, и улыбнулся одними уголками губ.
— Вы не курьер, — притворяться спящей было глупо, поэтому я мрачно наблюдала это представление.
— Определенно не курьер!.. — Бровь его кокетливо дернулась. — Ну, не дуйтесь на Агнесс, она просто выполняла приказ.
Он торжественно внес коричневый пакет в палату, остановился у изножья моей койки и широко улыбнулся.
Длинный, как хорек, азиатский мальчишка, с нарочито небрежным хвостиком блондинистых волос из-под форменной бейсболки, и в куртке курьерской службы проскользнул следом. Аккуратно повернул защёлку на замке двери, сложил руки на груди и подпер спиной косяк.
Широкий бомбер слегка оттопыривался по бокам, ненавязчиво намекая, очевидно, на два ствола подмышками.
Ясно. Еще один «не курьер».
«Хорек» проследил за моим взглядом, и лениво наклонил голову, не открывая от меня черных глаз.
Если это продолжение кошмара — кто-нибудь! Разбудите меня!
— Евангелина…
Мистер Улыбка так мягко растянул это слово, отвлекая меня от мыслей о калибре стволов под мышками у этого «сайд-кика», что я совершенно не поняла, что у него за акцент, и есть ли он вообще.
— Как мне лучше вас называть? Ева?.. Или мисс Кэвена, полагаю? — Улыбчивый в фиолетовом костюме вздернул бровь. — А может миссис Харт?
— А Вы кто? И как мне лучше Вас называть? Джек Напиер или Джозеф Керр? Нет? Джонни Трейп?[1]
— Отнюдь. Александр Герберт. Я ваш адвокат, если позволите. — И легкий поклон.
— Отличный карьерный рост от посыльного до адвоката. Наверное, много заказов разнесли.
— Так я и сейчас не с пустыми руками! Синнабончик? — Он поднял пакет из пекарни и снова встряхнул им. По палате распространился запах имбиря и корицы, так неуместный здесь.
— Униформа курьера Вам идет больше.
— Это еще что. Видели бы Вы меня в платье горничной!
— Слушайте, я… — Клянусь, мои глаза укатились куда-то к затылку. — Серьезно… Что вам нужно?
— Элвис Кэвена … — Он как будто смаковал мое имя. Пробовал его на вкус. Как кровь. — Вас же Элвис зовут? Можно и мне вас так называть?
— Зовите меня как угодно, только не «сладик».
— Слушайте, Элвис, давайте разберемся со всеми вопросами по-быстрому, и все поедут домой спать, или... Чем вы обычно занимаетесь? М? — «Адвокат» бросил быстрый взгляд по сторонам, очевидно в поисках поверхности, куда можно было бы пристроить пакет с выпечкой.