В общем, по лестнице своего подъезда я поднялась с крейсерской скоростью. И так же быстро захлопнула за собой дверь. И еще оперативно закрутила замок, накинула цепочку…
Паранойя паранойей, а чувство самосохранения у меня еще не совсем атрофировалось.
Свою квартиру я не узнала.
Следов пребывания в ней «Чен & Моралес. Клининг» было не обнаружено.
Как, кстати, и пыли, остатков фантиков под кроватью и закатившихся дисков под стеллажом. Все они были рассортированы в алфавитном порядке, каждый в своей коробочке, и убраны в стойку. И пыльные кролики в углах, и плесень под раковиной в кухне, и сгнившая мочалка из ванной тоже исчезли. А еще — картонные коробочки от китайской еды из холодильника, в которых уже зарождалась новая цивилизация. Я надеялась, что еще чуть-чуть — и они изобретут колесо. Или однажды начнут хлопать глазками, тянуть ко мне ручки и звать мамой. Погиб эксперимент.
Знаете, раньше я жаловалась на то, что мне нечего надеть. Точнее, не то чтобы жаловалась, но со своей зарплатой я не могла позволить себе даже шмотки с модных распродаж. Теперь я просто не знала, куда девать всю эту гору одежды от дорогих дизайнеров. Последние пару месяцев по всей поверхности пола ровным слоем валялось белье от «Викториаз Сикрет», а коктейльные платья были свалены в углу переливчатым ворохом.
Теперь все мои наряды заботливо и аккуратно висели в шкафу, рассортированные по длине, цвету и поводу. Все мои фейковые прады и шанели висели отдельно. Интересно, чья брезгливая рука поставила в угол моих деток? Чена или Моралес?
Вся обувь стояла стройными рядами. Некоторые пары лежали в коробках.
Идеальная симметрия.
В квартире была абсолютная, стерильная чистота. Орхидея распустила свои щупальца. Следы вторжения захватчиков уничтожены.
А еще – на окнах были шторы.
Это был плотный серый блэкаут. Того самого дорогого благородного цвета, от одного взгляда на который ты понимаешь, что одно полотнище стоит дороже, чем твое свадебное платье, кольцо, лимузин, праздничный банкет и жизнь жениха.
Это была совершенно чужая квартира.
И кого же мне благодарить за такое?
Кажется, я знаю.
Ок. Твоя игра, но мои правила. Я вытащила из подвала коробки и чемоданы, с которыми приехала из Мемфиса, и запихала туда всю свою старую одежду. Все мои псевдошанели, прады с блошиного рынка, даже все мои свитера, драные летние джинсы и старые кроссовки отправились в коробки. Может, они мне еще пригодятся когда-нибудь?
А, может, отдать все это в Армию Спасения? Или, еще лучше, в скупку.
После пробежки по лестнице и обратно с несколькими чемоданами и коробками мне хотелось только одного – прилечь. Сами понимаете, когда похмелье отступает, нужно пользоваться моментом и быстрее залезть под одеяло и уснуть, чтобы, когда оно вернулось — оно не застало тебя дома.
В общем, я так и попыталась сделать. Несмотря на выпитый кофе, и сбитый график меня все-таки тянуло в сторону подушки.
Забавно, но куртку, джинсы и футболку я аккуратно сложила на кресло. Это при том, что все мои платья, в которых я выезжала на задание, обычно валялись в углу возле гардероба. Странно… А может, ничего странного. Джинсы были удобные, футболки от Гальяно меня всегда приводили в восторг, как и их создатель, а куртка мне просто понравилась. Хорошая такая куртка, от Маккуина… Удобная.
Постельное белье было чистым, простыни без единой морщинки. Приятно к телу. Оно пахло свежестью и каким-то еле уловимым дорогим парфюмом. Оно так холодило кожу… А еще, оно было абсолютно новым.
Неброского серого цвета. Двух оттенков. Потемнее и посветлее.
В цвет дорогим шторам.
Мать твою за ногу, мистер Кейн.
Я вытащила с пожарной лестницы блюдце от перебитого чайного сервиза, которое мне досталось от предыдущего жильца – Доминика, а ему – от его тётушки, поставила его на живот в качестве пепельницы, залезла под одеяло, взяла сигарету в зубы, и развернула газету, которую купила вместе с пачкой никотиновых палочек.